– Ну, ты как-то не особо местными сплетнями интересуешься. А по поводу ставок… Многие считают, что Ками тебя доведет и ты в итоге просто сбежишь от Ала. Другие решили, что ты в очередном приступе агрессии прибьешь демонессу, а потом посадишь стихийника на привязь. В общем, вариантов много, но эти два – самые перспективные.
– Вот спасибо, – всплеснув руками, буркнула я. – То есть я буду либо трусихой, либо убийцей. Отлично!
– Да ладно тебе, – улыбнулась Зола, касаясь моих волос и чуть дергая за розовую прядь. У нее еще ни разу не получилось сделать иллюзию и повторить цвет моих волос. Говорит, что какая-то структура мешает и сочетание магии не позволяет точно подобрать концентрацию цветов. – Я вот считаю, что ты просто уйдешь, потому что Ал тебя изведет своим контролем.
– Отчего такие веселые мысли? – решила уточнить у подруги. Но она пожала плечами и встала из-за парты.
– Потому что он тиран, и дольше недели с ним ни одна девушка не могла встречаться.
– А Ками? Они, как я поняла, довольно долго были вместе. – От этих мыслей сердце предательски сжалось, и волна ревности, затопив все мое существо, заставила заскрежетать зубами. Не нравилась мне эта демонесса, а ее отношения с моим мужем делали меня слишком уязвимой.
– Мы мало знаем, только первый курс, – грустно улыбнулась Зола, и второй колокольный набат оповестил о начале последнего на сегодня занятия.
Томас рассказывал об очень интересном и необычном магическом звере, которого звали «вуивра» – королева змей; во лбу – сверкающий камень, ярко-красный рубин. Огненного зверя, хранителя подземных сокровищ, можно увидеть и летящим по небу.
– Что вы будете делать, если встретитесь с вуиврой? – спросил Томас, расхаживая по классу между рядами. Его волосы находились в полном беспорядке, а на шее я заметила алеющий след чьих-то губ. Кажется, у нашего профессора была очень интересная ночь, которая, возможно, переросла в продуктивное утро.
Да, кому-то жаркие ночи в объятиях любимого человека, а кому-то приходится закрываться на замок, спасаясь от внимания собственного мужа.
От этих мыслей меня передернуло.
Мы с Алом решили пока лишний раз друг друга не трогать, чтобы не спровоцировать действие брачной метки. Пришли к выводу, что нужно узнать друг друга получше. Так нам будет проще, когда… мы начнем взаимодействие в горизонтальной плоскости.
Первые несколько дней это отлично работало. Мы с Александром пересекались лишь утром и вечером после занятий, и то если он приходил ночевать. Насколько мне известно, через неделю, в двадцатых числах, должны были начаться межфакультетские соревнования за кубок Академии Лоран. Поэтому Александр большую часть времени усиленно тренировался, если и ночевал у себя, то просто падал в кровать, и до утра я его не видела.
Но надолго этого способа общения не хватило.
Прозвучал колокольный набат, и я отправилась на отработку.
Сегодня выдался не лучший день, потому что я обязана была убирать в спортзале. Что ж, это поможет мне немного отвлечься от своего греховно-сексуального мужа.
Где находились швабра, тряпка и ведро для воды, мне еще в первый день учебы показали Зола и Флер. Сказали, что так наказывают часто, и, судя по всему, я буду постоянно работать уборщицей в Академии Лоран.
Спустившись на первый этаж, зашла в кладовку и достала все необходимое. Потом заглянула в туалет и набрала воды в грязное жестяное ведро, а дальше пошли – отработанные движения и простые механические действия.
Я водила шваброй по полу, собирая несуществующую грязь. Из стороны в сторону, туда-сюда, и снова, и снова… Это был замкнутый круг, который, впрочем, давал мне многое – он помогал абстрагироваться от насущных проблем и действий нашей с Алом метки.
Начав убирать с конца зала, водила уже грязной тряпкой по пыльному полу. Здесь все убиралось с помощью магии, однако должны же быть наказания! Даже в Академии Лоран они считались обязательной частью существования и обучения. Кнут и пряник. Или в нашем случае уборка и обеды. Да, сравнение, конечно, не идеальное, зато понятное.
Погрузив тряпку в холодную воду, сполоснула ее, отжала, накинула на швабру и продолжила работу. Весь процесс занимал в общем-то немного времени, от силы полчаса. А мне требовалось больше! Я хотела устать настолько, чтобы отрубиться в своей постели и спать без снов.
Последние три ночи были наполнены сладострастным желанием и жаждой принадлежать своему мужу. Я просыпалась в поту, низ живота горел от неиспользованной энергии. Накатывали образы сплетенных тел и того, как Ал овладевал мною, клеймя своим запахом и силой. Мне так безумно хотелось этого, что находиться в одном помещении с мужем стало настоящей пыткой. Хоть на стенку лезь!
Воспоминания накатили, и я стала водить шваброй интенсивно, а потом остервенело, будто это могло помочь. Метка чесалась, заставляла сцепить зубы и делать свою работу. Снова и снова, туда-сюда, снова и снова.
