— Да. Я никогда не жил, Макс. Я всегда служил. Сейчас, пока нет ни добра, ни зла, я хочу жить.
— Вполне удачное время. — хмыкнул воин, выходя из номера.
— Любое время удачно.
— Мечтатель. Тебя не отпустят, Влад. — они вышли на улицу и свежий морозный воздух обжег лёгкие. — Холодно.
— Все в ожидании. — пожал плечами Влад, они сели в автомобиль, который он забрал в деревне, что постепенно выгорела до тла. Мужчина старался не думать, скольких унесло Добро жизней, давая силу воину. А тот её ещё всю не почувствовал. — И кто меня не отпустит? Добру я не нужен.
— Зря так думаешь. — прохрипел воин, проваливаясь в беспокойный сон.
Ему снились курганы полные черной крови, она струилась меж травы, сжигая ее, оставляя лишь пепел. Кровь вела к черной реке, где среди темных волн стояла сосуд, она отдавала себя воде. Над ней сгущались тучи, она что-то шептала, но не боялась, на синих губах играла улыбка. Сосуд знала, что делает. А он знал? Сон вёл его дальше, туда, где только чернота, где нет тепла, нет горя, нет радости, только покой. Могильный покой. И гниль. Гнилые деревья. Гнилая земля. Гнилые люди с черными глазами. Они не двигались. Смотрели на воина, протягивая к нему руки, из вен их текла черная жижа, капая на землю. Капли крались к Максу. Они медленно настигали его. Просачивались под обувь, обжигая холодом. Жгли вены, что хотелось их разодрать. И лишь шепот в ушах: "Беги", но он так хотел остаться. Шепот постепенно начал превращаться в крик до звона в голове, он оглушал: "Беги!".
Макс резко подскочил, головная боль тут же пронзила его копьем, а на его плечи легли чьи-то руки.
— Шшш… — голос мужской, но не взрослого мужчины, а молодого человека. — Всё хорошо. Успокойся.
Макс хотел повернуться, но руки помешали, закрыв ладонями ему лицо. Они были прохладными, приятно трогали лицо, голос что-то шептал и Макс понял, что больше не чувствует запах гнили. Только аромат сандаловых палочек ласкал нос, пробираясь внутрь тела, давая тепло, головная боль уходила. Воин глубоко вздохнул, ему больше не хотелось пустить пулю себе в висок, на место вернулось желание уничтожить сосуд. Та несла лишь зло и опасность, а он потерял много времени, борясь со своими слабостями и страхами.
— Сосуд тебя потрепал. — теперь Макс слышал голос мальчика, лет десяти — одиннадцати, он вздрогнул от неожиданности, столь разительна была перемена.
Незнакомец отошел от Макса, в темной комнате сразу стало светлее, что воин начал различать очертания комнаты. Здесь не было ничего, кроме стола возле окна, за которым рассветало и кровать, на которой в данный момент сидел Макс. Мужчина повернулся, чтобы увидеть, кто с ним говорил, но не увидел ничего, кроме серого облака пыли и мошек, среди которых виделся человеческий силуэт.
— Выходи из комнаты, на кухне завтрак. — облако говорило мягким женским голосом, словно с Максом говорила заботливая мать. Оно ушло, оставив после себя лёгкую дымку, и та постепенно рассеялась.
Макс прошёл за хозяином дома, на кухне, несмотря на утро, было темно, облако заполонило собой все пространство и воин вошёл в него, где через рой мошек увидел молодого человека, лет шестнадцати, тот смотрел на него зелеными глазами, на глазных яблоках Макс увидел насекомых, что лазили также и по лицу, но незнакомцу они не мешали.
— Присаживайся, воин. Тебя не тронут мои друзья.
Макс ничего не ответил, он заворожено смотрел на парня, руки его облеплены осами, но они его не жалили, а мирно сидели на его теле. Насекомые то появлялись на теле, то исчезали, они сгущали вокруг них темноту, пыль становилась плотнее.
— Где Влад? — сухо спросил Макс, он не мог оторвать взгляд от зелени глаз молодого человека.
— Он оставил тебя и уехал. — пожал плечами парень. — Попросил тебя подлечить, мои насекомые очистили твои раны, убрали гниль. — Макс непроизвольно скривился, представив как личинки объедали его омертвевшую плоть.
— Куда уехал Влад?
— Он захотел изменить свою судьбу. — голос стал старческим, но на лице юноши играла холодная ухмылка.
— Кто ты? — прямо спросил Макс.
— Янус. — глухо отозвался парень, рассматривая муху на своей руке.
— Скажи мне, Янус, я — воин. Я борюсь с силами Зла, но я ни хрена не знаю ни про Ведьму, ни про тебя. Почему? Я сейчас даже сосуд не чую.
— Ты слаб, поэтому не чувствуешь. А про нас не знал, так как мы тебе не нужны. Мы инструменты, которые неожиданно пригодились. Придёт наше время и мы исчезнем также как Высшие силы.
— Ты знаешь как они исчезли? — Макс исподлобья смотрел на существо напротив, человеком он уже не мог назвать, то, что купалось в рое насекомых, которые облепили его всего. Пыль окутала их двоих и мужчина чувствовал духоту, хотелось на свежий воздух. Существо меняло в процессе разговора голос, от звонкого девичьего до глубокого старческого, глаза его выражали то насмешку, то скорбь. Зелёные глаза играли разными оттенками от болотного до яркого изумрудного, что завораживало. Оно меняло облики с каждой произнесенной фразой, с каждым движением головы, с каждым новым вопросом.
