Старенький «Рено» Макса уже час стоял напротив дома, где жила Кристина Маттерн. Они сидели в машине и молча курили. Обсуждать больше было нечего, так как Макс уже несколько раз проинструктировал клиентку, подробно останавливаясь на каждой мелочи. Он взглянул на часы. До назначенного срока в полицай-президиуме оставалась еще куча времени.
Макс предложил Кристине заехать куда-нибудь выпить кофе. Она согласилась.
Сыщик припарковал автомобиль возле уютного кафе. Как только он захлопнул дверцу, зазвонил телефон. Старушечий голос сказал:
– Добрый день, господин сыщик.
– Добрый день, с кем имею…
– Это фрау Зальцман.
Макс наморщил лоб. Боже, как он мог забыть… Не об этом ли звонке мечтал он совсем недавно… Неужели есть информация?
– Извините, фрау Зальцман, не сразу узнал ваш голос.
– Она здесь, господин сыщик.
– Кто?
– Как кто? Фрау Синц. Она кое-что видела…
– Где здесь?
– У меня, на Биркенштрассе, четырнадцать. Помните, я вам говорила…
– Безусловно помню, фрау Зальцман. И мы могли бы сейчас встретиться?
– Да, господин сыщик. Приезжайте, мы ждем.
Он перевел дыхание и сказал Кристине:
– Фрау Маттерн, кофе отменяется. Есть важный свидетель, и я срочно должен с ним встретиться. Садитесь в машину, у нас достаточно времени. Я переговорю со свидетелем, а потом отвезу вас в полицай-президиум. Не исключаю, что мы еще и кофе успеем выпить.
Кристина Маттерн покорно опустилась на сиденье, с которого всего минуту назад встала. По дороге на Биркенштрассе Макс думал о том, как все же благосклонна к нему судьба, как вовремя она подставляет ему спасительную веху, ухватившись за которую он, возможно, выберется из затянувшей его топи на твердую землю. Он не должен, не имеет права опростоволоситься в этом первом своем деле. Макс мельком взглянул на ту, чьим именем он условно назвал дело. Дело Кристины Маттерн! Кристина почувствовала его взгляд и повернула голову в его сторону. Он улыбнулся и слегка подмигнул ей, что уж совсем не приличествовало, согласно его собственным правилам, отношениям между исполнителем и заказчиком.
«Рено» почему-то очень громко затормозил напротив дома номер четырнадцать, напомнив владельцу, что посещения автосервиса ему не избежать.
– Фрау Маттерн, подождите меня в машине. Я не думаю, что буду долго отсутствовать, – сказал он и направился к маленькой калиточке из тонких металлических прутков в окружении металлической же рамы. Нажал кнопку звонка, и скоро на крыльце с полукруглым навесом появилась фрау Зальцман.
– Смелее, господин сыщик. У меня нет собаки.
Он удивленно напомнил старухе о том, что возле калитки прикреплена металлическая табличка, утверждающая совершенно противоположное. Более того, табличка напоминала о весьма суровом нраве собаки. Старуха возразила:
– Моя старая Ванда умерла два месяца назад, а табличка осталась. Пока не знаю, решусь ли еще на одну собаку. Я сама уже старая.
Фрау Зальцман ввела его в небольшой частный дом, где проживала, по всей видимости, одна. В нос ударил старческий запах. Скорее это был не только специфический запах старого человека, а сумма запахов от всего находящегося в доме – старинной мебели, наверняка превосходящей по возрасту ее хозяйку, старой одежды, висящей в шкафу, всяких салфеточек, застилающих каждое свободное место и заставленных великим множеством потемневших от времени статуэток, вазочек и прочих предметов ремесленного производства. Этот ассортимент можно было часто увидеть на блошиных рынках, где он появлялся по воле родственников после смерти таких вот бережливых старушек.
За столом (он оказался круглым и покрытым скатертью) сидела пожилая женщина. В сравнении с фрау Зальцман ее можно было даже назвать моложавой.
– Познакомьтесь, господин сыщик, это фрау Синц. Она работала в том киоске.
Макс легонько кивнул и назвался:
– Частный детектив Макс Вундерлих.
Фрау Синц с интересом рассматривала его. Пожалуй, он показался ей слишком молодым. В ее представлении сыщик должен быть, конечно, мужчиной лет пятидесяти, умудренным жизненным опытом и с курительной трубкой в руке. Ведь таких она видит в ежедневных сериалах и прочих экранизациях детективных романов. Тем не менее на лице ее можно было заметить неподдельный интерес. Фрау Зальцман, стоявшая позади Макса, на правах хозяйки прервала затянувшееся молчание.
– Присаживайтесь к столу, господин сыщик, – сказала она и подвинула к нему стул.
Макс сел и решительно взглянул на фрау Синц.
– Фрау Синц, ваша знакомая фрау Зальцман сообщила мне, что вы видели синий «Фольксваген» в тот день, когда произошло убийство банкира. Не могли бы вы поведать мне максимально подробно о том, что видели?
Фрау Синц придвинулась ближе к столу и, как школьница, сложила на столе руки. Взгляд ее выражал решимость со знанием дела и максимальной полнотой доложить этому симпатичному молодому человеку все, что она видела. Она готова была доложить даже то, что не видела, но что позволяли дорисовать ее интуиция и богатая фантазия. Фрау Зальцман примостилась рядышком, чтобы в десятый раз (подумал Макс) послушать приятельницу.
