– В этот день Кристина Маттерн по моему заданию ездила в командировку в Штутгарт. У нас там филиал. Она уехала прямо с утра и находилась там весь день.
– Господин Гросс, не могли бы вы связаться с кем-то из сотрудников филиала, кто бы мог подтвердить нахождение там Кристины Маттерн… скажем, с двенадцати до шестнадцати.
– Я думаю, это будет несложно.
Начальник отдела взял трубку и набрал номер. По первому номеру не ответили, второй оказался занятым. Лишь с третьей попытки господин Гросс с кем-то связался, потом кого-то попросил к телефону. Макс не вслушивался в разговор, предоставив решение вопроса Гроссу. Он был почти уверен, что результат будет положительным. Через некоторое время Гросс положил трубку и доложил:
– Господин Вундерлих, в тот день в филиале проводилась инвентаризация. Я связался с ответственным сотрудником, и тот подтвердил, что фрау Маттерн участвовала в инвентаризации с одиннадцати до шестнадцати.
– Благодарю вас, господин Гросс. Я почти не сомневался.
Гросс воздержался от дальнейших расспросов, и Макс, попрощавшись с ним за руку, покинул супермаркет.
Вопрос стоял ребром. Если Кристины Маттерн не было в городе, то кого же видела фрау Синц? Причем совершенно не важно, имела ли та женщина отношение к убийству банкира или только к угону автомобиля, или к тому и другому вместе. Мистика.
Макс не поехал в офис. Он решил поехать домой и лечь спать (если получится).
Лечь спать сразу не получилось. Фрау Гертнер, которая давно не видела квартиранта, выглянула из кухни, когда он вошел в дом. На ее лице была материнская тревога.
– Макс, добрый вечер. Вы очень плохо выглядите. Наверное, к тому же плохо питаетесь… Присядьте, пожалуйста.
Он замер, размышляя, потом все же вошел в кухню и присел на предложенный ею стул.
– Поужинаете со мной?
– Вы меня балуете, фрау Гертнер.
– Ничего страшного. Я гожусь вам в матери, хотя мы с Фрицем так и не завели детей. Теперь уж поздно об этом рассуждать, так получилось…
Она поставила перед ним дымящуюся тарелку. Жареные колбаски в окружении румяного картофеля аппетитно пахли, и он почувствовал, как хочет есть. Забыв о приличиях, Макс набросился на еду, не обращая внимания на радостные одобрительные взгляды хозяйки. Сама же она ела очень медленно, подолгу отпиливая кусочки колбасок и как бы с ленцой накалывая ломтики картофеля. Потом был кофе с бисквитом. Уже утоливший голод Макс неспешно отхлебывал кофе, иногда отламывая вилочкой кусочки бисквита. От домашнего уюта на душе стало спокойно, и молодой человек на время забыл о проблемах, которые раздирали его. Фрау Гертнер, нисколько не догадываясь о душевном состоянии квартиранта, вдруг вернула его к действительности.
– Кстати, Макс, вы помните? Когда мы с вами последний раз сидели здесь, в моей кухне, по телевизору показывали очередное сообщение об убийстве этого банкира… не помню его имя…
– Рольф Гаммерсбах, – подсказал он и добавил: – Конечно, помню, а что?
– Так вот, в сегодняшней «Бильд» снова есть заметочка по этому поводу.
– Интересно…
Она вскочила и, исчезнув в комнате на пару минут, принесла ему газету.
– Вот, смотрите.
Фрау Гертнер развернула перед ним газету на нужной странице, и он прочел: «В поле зрения полиции попала некая Кристина М., знавшая убитого банкира. По косвенным данным она рассматривается как потенциальная заказчица убийства. Полиция уточняет факты…»
Макс отложил газету и задумался. Фрау Гертнер спросила:
– Знаете что-нибудь об этом?
– Совсем немного, фрау Гертнер. Однако могу вас заверить, что эта Кристина не имеет отношения к убийству. И через несколько дней полиция в этом убедится.
– Вы просто пророк, Макс. Откуда вы знаете?
Он улыбнулся и, не ответив на вопрос, в свою очередь спросил:
– Как вы думаете, фрау Гертнер? Женщина может собственными руками убить… – Он задумался на секунду и продолжил: – Не из корыстных соображений?
– Что вы имеете в виду?
– Сама выстрелить, ударить ножом, не прося об этом кого-то другого…
– Вы еще сказали: «…не из корыстных соображений…»
– Ну да. То есть если она убьет, то единственной «наградой» для нее будет только смерть этого человека… Никаких драгоценностей, никакой виллы и тому подобных прелестей…
– Тогда это только убийство из мести, особенно если убитый – мужчина… Убийство в связи с отвергнутой любовью, может быть… Есть такие экзальтированные натуры…
Фрау Гертнер помолчала, иногда бросая на Макса тревожные взгляды. Потом, легко улыбнувшись, сказала:
– Так сказать, под девизом «не доставайся же ты никому». А как связана с этим эта Кристина?
– В том-то и дело, что никак. Это я вообще спросил. Хотелось услышать ваше мнение.
Макс встал, поблагодарил фрау Гертнер за ужин и, пожелав ей спокойной ночи, поднялся к себе. Последняя мысль перед тем, как он заснул, была: «Ну вот, полиция снова дышит мне в спину…»
Торговец подержанными автомобилями турок Ахмед затаился в собственной квартире и уже несколько дней не появлялся ни на одном из автомобильных рынков.
