— Почему ты заботишься обо мне? — посмотрела на него в упор.
— Не знаю. Почему-то хочу этого.
Когда я промолчала, Вист встал напротив меня, и его аромат укутал. Да, пах он до неприличия хорошо, но этот запах не вызывал у меня мурашек по коже, и мне не хотелось облизать его шею, просто чтобы еще сильнее окунуться в него.
— Ты чувствуешь что-то ко мне, Эс? Ты любишь меня хоть какой-то любовью?
— Наверное, — сделала я два шага назад. — Но его я люблю больше, Вист. Всегда буду любить больше.
— Ты любишь призрака, — процедил он сквозь зубы. — Понимаешь это? Вы никогда не будете вместе. Ему не позволит его раздутое эго, а тебе — твоя гордость.
— Ты не думал, что я просто убегаю, черт возьми? — смогла я наконец- то это произнести. — Мне стало тебя слишком много. Тебя как раз было в меру, а теперь переизбыток. Это как сладкое в детстве. А позже наступает момент, когда ты понимаешь, что больше любишь воду, чай без сахара, и вместо того, чтобы взять заварное пирожное, выберешь овсяное печенье.
— Я принимаю тебя целиком, Эс. Правда. Майкл — твоя первая любовь, и я готов ждать. В конце концов все равно ты вернешься ко мне быстрее, чем я смогу полюбить кого-то другого. И это все твое, Стейси, — направился он за свое рабочее место, словно говорил о каком-то деле, а не признавался, что любит меня. — Мое сердце. Мое тело. Мои руки, губы, язык, член, мысли. Теперь все это скорее твое, чем мое. И да, — не поднимая глаз, сказал он тише: — я отпускаю тебя на столько, насколько тебе необходимо.
Я все-таки приехала в аэропорт. Я знала, что бросаю всех и дело, которое делаю ради того, чтобы побыть рядом со своей девочкой, но понимание того, что я могу провести еще хоть немного времени с Майклом, заставляло мое сердце биться чаще, и я устала постоянно упускать возможность. Как только такси привезло меня в аэропорт, я прошла с небольшой кладью в зал ожидания и огляделась в поисках чего-либо. Я не успела купить даже бутылку воды, как ко мне подошел человек и передал мне телефонную трубку. Я приложила телефон к уху и услышала голос Майкла, который говорил: «Просто делай, как он говорит». Затем все было по схеме — я села в самолет, где была единственным пассажиром, пристегнулась и сказала, пусть принесут бутылку вина. Оно было хорошим. Отличным, если быть точной. Вино вероятно лучшая когда-либо созданная вещь в мире, особенно когда понятия не имеешь, в какое дерьмо опять вляпалась.
«Только в тот момент, когда ты начинаешь путешествовать по миру, ты в полной мере понимаешь, что именно не так с тем местом, где ты родился и вырос». Ирвин Уелм.
Я вышла из самолета и понятия не имела, где оказалась. Был лишь запах соленой воды, и понимание того, что весь перелет я пила и спала. Я увидела его, как только вышла, и все остальное перестало иметь значение. Казалось, что я ждала этой встречи всю свою жизнь.
— Привет, незнакомка, — сказал он, приближаясь. — Как тебя зовут?
— Проваливай, — наигранно разозлилась я, прижимаясь к Майклу всем телом, захватывая в плен его губы.
— Странное какое-то имя, — улыбался он. — Но я ждал тебя, несмотря даже на это.
Он начал танцевать со мной, и я почти улыбнулась в ответ. Я не могла отвести от него взгляд, и все мое тело было напряжено. Что-то было не так, и как бы я не хотела забыться в этом моменте, не смогла. Та Стейси, которая жила во мне, говорила мне быть на чеку, и я решила послушать ее хотя бы для самосохранения.
Майкл кивнул в сторону своего внедорожника, и когда я пошла вместе с ним, он открыл дверь со стороны пассажирского сидения. Он находился так близко, что я чувствовала запах его духов. Я побыстрее забралась внутрь, пытаясь скрыться от этого, но это была моя самая глупая идея. В салоне он был повсюду. Я разозлилась. Он, кажется, наслаждался жизнью, полностью забыв обо мне, о ребенке, о семье и просто уехал, чтобы пересидеть. Но даже понимая все это, все, о чем я могла думать, это, чтобы уткнуться головой в его шею и вдохнуть запах. Почувствовать тепло его тела рядом с моим. Хоть на мгновение. Я хочу испытать все это до того, как он снова уйдет.
— Почему ты тут? — спросила я, не выдержав молчания.
— Ты имеешь ввиду в Ханалеи? — усмехнулся Майкл.
Ах, да. Я оказалась на Гавайях. Точнее в городе, который находится в штате Гавайи. Какого хрена? Что с ним вообще не так?
— Тут мало людей, ты заметила? — продолжил он. — И еще песня — «Puff, the Magic Dragon» (перев. Затяжка, Волшебный Дракон) в исполнении трио «Peter, Paul and Mary» имеет интерпретацию, связанную с Ханалеи, где «Затяжка» — метафора марихуаны, «Хэна Ли» — созвучен названию «Ханалеи», которая славилась своей марихуаной, а «Дракон» указывает на утёсы со стороны пляжа, которые напоминают дракона. Потом тебя к ним отвезу.
Да, Вудс был идиотом. Идиотом, которого все время хотелось любить. И даже убежав из Нью-Йорка, причиной он назвал песню, о которой реально помнит сто человек во вселенной.
— Ты хоть понимаешь, что я пережила, думая о том, что ты мог сделать?
— А ты сомневалась во мне?
