Про это я уже знал. Есть у нас такая проблема. Верховное командование очень хотело иметь воздушно-десантные войска. Но была одна загвоздка - средства доставки. Наша промышленность никак не могла выпустить нормальный транспортный самолет, предназначенный для сброса парашютистов, и от этого страдало дело. Какой смысл в десантниках, если нет серийных самолетов? Вот и дергались. Сначала сформировали аэромобильные бригады, потом перевели элитных бойцов в пехоту, а сейчас снова в десант.
- Полетели, - в сопровождении адъютанта к вертолету подошел Эрлинг, который хлопнул меня по плечу.
Летун кивнул и заскочил в кабину, а я спросил генерала:
- Куда летим?
- В Новый Таллин. Сегодня там праздник, день города.
- А нам с этого что?
- Мэр просил присутствовать. Говорит, что хочет наладить отношения между местными жителями и военными. Вот я и подумал, что мне нужна свита. Ты готов сопровождать своего командира корпуса?
- Готов, - я усмехнулся и полез в вертолет.
11.
Пока летели, обсуждали военные вопросы и в основном Эрлинга интересовал новый танк.
- Итак, Юра, каковы твои личные впечатления от "Берсерка"? Про плюсы танка я знаю, а в чем его минусы?
Я ответил сразу, предельно честно и коротко:
- Танк великолепен, спору нет. Но, как и все тяжелые боевые машины, "Берсерку" необходимо постоянное внимание техников. Если он в бою или на марше, через каждые три-четыре дня полный осмотр, обязательная проверка и тестирование всех систем, частичная замена масляных фильтров и мелкий ремонт двигателя. Ну и кроме того есть проблема эвакуации подбитого танка с поля боя. Просто так тяжелую махину не утащить. Однако на общем фоне все это незначительно. Танк в бою лакомая мишень для вражеской авиации, артиллерии и даже пехоты, которая может уничтожить его из ручных гранатометов. Поэтому во время серьезных сражений, когда сходятся дивизии, корпуса и армии, они долго не живут. Тебе это известно, Тейт. Один-два дня выжить - уже хорошо, а я говорю про четверо суток. Да и тыл у нас в батальоне хороший, тягачи есть, ремонтники и автоплатформы.
- Значит, батальон к бою готов?
- Ты сам все видел. Сотый батальон может задать республиканцам жару, если они сунутся.
- Может, - согласился со мной Эрлинг, но неожиданно нахмурился и добавил: - Жаль, что таких подразделений у нас немного. Представляешь, вчера посетил 19-й корпус, который прикрывает нас с левого фланга, и ошалел. Там половина грузовиков в ремонте, а снабжение полков до сих пор осуществляется конными обозами.
- Ничего удивительного. В 19-м корпусе, я слышал, есть кавалерийская дивизия. И не везде командир корпуса благородный аристократ, общепризнанный герой и родственник царя.
- На что ты намекаешь? - Эрлинг прищурился.
- Я не намекаю, а прямо говорю. Если бы не ты и твои связи, в нашем корпусе все было бы как у соседей. Но есть ты и командующий армией в ущерб другим корпусам все лучшее отдает нам. Разве не так?
- Верно, - Эрлинг кивнул и согласился: - Ты прав.
На этом беседа прервалась. Вертолет добрался до точки назначения, городского парка, и начал снижение.
Внизу нас уже ожидали. Мэр Нового Таллина господин Янис Сванис, а так же комендант города полковник Тарасов. И после коротких приветствий нас посадили в машину представительского класса, а затем под охраной солдат комендатуры повезли в ратушу.
Город мне понравился. Чистый и украшенный флагами, не только черными царскими орлами Вальхов на красном полотнище, но и местными трехцветными с изображением крепостной башни. Кругом, куда ни посмотри, веселые улыбчивые люди, много детей и цветных шаров. На улицах играла музыка и настроение праздничное, видимо, местные люди свой город любили. Однако не все так радужно. Несколько раз я замечал, что горожане смотрят на наших солдат с нескрываемой ненавистью, а некоторые выкрикивали оскорбления и грозили кулаками. Сволочи! Им жизнь оставили и свободу, позволили иметь собственное самоуправление и флаги, а они еще и недовольны. По крайней мере, некоторые.
Впрочем, вскоре я позабыл про злые взгляды местных жителей, поскольку мы добрались до ратуши и оказались в банкетном зале.
Много света, живая музыка, красивые женщины, напитки и закуски. Невольно, расслабляешься, и на моем лице появилась улыбка. Эрлинга окружили офицеры корпуса, которых тоже пригласили на праздник, а я взял бокал шампанского, осмотрелся и увидел знакомого.
Возле большого окна стоял пожилой мужчина в темно-сером костюме. По внешнему виду он напоминал ученого. Кстати, таковым он и являлся, ибо был профессором археологии Неерборгского Государственного Университета, а звали его Матей Рохлин. Пару лет назад он вел масштабные раскопки подземного улья расы домц, разумных термитов, которые жили на Сканде до появления людей, и я не мог пропустить такое событие. Все бросил и три месяца работал на раскопках, копал и просеивал землицу, слушал наставления археологов, пил местное вино, играл на гитаре и крутил любовь с практикантками.
- Здравствуйте, профессор, - я подошел к Рохлину.
Он подслеповато прищурился, посмотрел на меня и узнал:
