- Третья рота влево! Первая и вторая уступом вправо! Шоссе не пересекать и не зарываться! Жми ребята! За родину!
Конечно, родина далеко, за океаном. Но все равно мы были настроены на войну. Нельзя отдавать врагу материк Окс, бросать наших поселенцев и невозможно простить вероломное нападение. А потому мы обрушились на республиканцев, словно ураган.
В прицеле первый вражеский танк, окрашенная в темно-зеленый цвет сорокатонная боевая машина. Поймал противника в перекрестье и приказал:
- Бронебойным!
Лязгнул автомат заряжания и доклад стрелка:
- Есть!
- Огонь!
Нажимаю на спуск.
Выстрел! По ушам, несмотря на шлем, бьет резкий звук, а танк вздрагивает и продолжает движение.
Бросил взгляд на противника. Попали и открыли боевой счет. Вражеский "Саблезуб" горит. Мы пробили башню. Отлично! Давай-давай-давай! Дальше!
Новая цель. Еще один "Саблезуб". Он остановился и наводит на нас орудие. Опоздал. Я заметил опасность и норду не уйти.
- Бронебойным!
Лязганье и доклад:
- Есть!
Спуск.
Выстрел! Гильза вылетела за борт. Попадание! Снаряд вонзился во вражеский танк и произошел взрыв. Сдетонировала боеукладка. Башню "Саблезуба" сорвало с погона, и она отлетела в бронетранспортер, который прятался за ним. "Носорог" опрокинулся.
Продолжаем. Сближаемся с противником. Дистанция до шоссе всего триста метров и еще один противник. Прикрываясь дымом, вражеский танк пятился к обочине. Видимо, он хотел скрыться, но не успел.
- Бронебойным!
- Есть!
Снова выстрел и мы промазали. Противник ушел с линии огня, но недалеко. Его поразил мой сосед справа, капитан Лопухин, и очередной "Саблезуб" загорелся. Из него выскочили охваченные огнем люди, и в работу включился мой связист. Он действовал без команды, четко и быстро, словно мы на полигоне, отрабатывали очередную учебную задачу. Длинная очередь из "Хеймдаля" разрывает тела республиканских танкистов на куски, и одновременно с этим мой танк первым выходит на дорогу.
Поворот. Мы разворачиваемся вправо, сбрасываем с дороги горящий бронетранспортер и почти лоб в лоб выходим на следующего противника.
На миг сердце замерло. Такого я не ожидал. Однако республиканец растерялся. Увидев перед собой громаду "Берсерка", он замер, и я закричал:
- Бронебойным!
Мне показалось, что орудие заряжалось целую вечность. Но, конечно же, это было не так. Просто нервы. И вскоре я услышал голос стрелка:
- Есть!
Противник в прицеле. Удар по спуску. Выстрел!
Бьем с полусотни метров, практически в упор, и "Саблезуб" разламывается на куски. Его броня лопается, и ромбовидная башня вскрывается, словно лепесток, который разворачивает себя к солнцу.
Объехав противника, движемся по изрытой воронками дороге. Мой танк расчищает дорогу основным силам батальона и в этот миг мы чувствовали себя ангелами смерти. Ничто не могло нас остановить и "Берсерк" сметал с пути любое препятствие. Пехота? Бей пулемет! Танк или бронетранспортер? Снарядом его! Противник просто не ожидал, что встретит здесь нас. Поэтому растерялся и мы показали себя во всей красе. Что было не очень трудно, ибо "Берсерк" машина следующего поколения и превосходила средний вражеский танк по всем параметрам.
Впрочем, вскоре пришлось остановиться. Третья рота уничтожила прорвавшиеся к Дорнхоллу передовые подразделения республиканцев, а первая и вторая разбили основные силы. Противник потерял не менее двух полков, танковый и моторизованный. Дальше продвигаться было опасно, можно угодить в ловушку, и комбат принял решение отступить.
- Всем! Всем! Всем! Говорит "Сотка"! Пять-пять-пять!
Это сигнал на отход и я остановил машину. Дальше на дороге чисто, но в паре километров очередная вражеская бронеколонна и впереди тяжелый танк "Конкистадор". Я идентифицировал его точно. Редкая модель и достойный противник для "Берсерка". Уверенности, что попаду из орудия, не было, и я решил применить "Валькирию". Для нее две тысячи метров не расстояние, она уверенно поражает цель до пяти километров. И, поймав "Конкистадор" в прицел, я вывел на него ПТУР, дождался активации ГСН (головки самонаведения) и выстрелил.
Ракета ушла бесшумно. По крайней мере, я ничего не слышал, и мы начали разворот. Но я продолжал следить за полетом "Валькирии" через телевизионную систему обзора и спустя несколько секунд хлопнул в ладоши. Ракета добралась до цели и над "Конкистадором" взметнулся высокий язык пламени.
"Жаль, что нельзя продолжить бой", - посетовал я и мой танк, сминая траками тела убитых республиканцев и брошенное оружие, скрылся в дыму.
14.
Комбат был прав. Нужно уходить. Поэтому мы оттянулись в холмы и сделали это очень вовремя. Вражеские танки и мотопехота остановились, а в небе снова появились республиканские самолеты. Они чувствовали себя в небе спокойно и работали очень обстоятельно.
