Ларон плавно приезмлился, перекатываясь на ноги и сбрасывая гравишют одной рукой, а другой стреляя их адского пистолета в лицо десантника хаоса. Другой рукой он выхватил покрытый орнаментом плазменный пистолет и выстрел в грудь второго предателя, ревущий поток плазмы сжег керамит, кости и плоть врага. Перегретый воздух вылетал из мощного оружия, шипящего подобно рассерженной ящерице.
Повсюду вокруг него приземлялись штурмовики, спускаясь в вихре пламени из заряженных, гиро-стабилизированных хелганов. Все вокс-коммуникации оборвались, Ларон напряженно размышлял о том, сколько его солдат уцелело во время высадки, сколько их «Валькирий» не было сбито еще на подлете…
Над его головой тысячи десантников проносились сквозь жуткие облака, приземляясь перед грядой второго вражеского вала, сразу за первой линией. Некоторые из взводов штурмовиков 72-го получили приказ высадиться за второй линией, уничтожая мельта вооружением неподвижные машины противника, но большая часть элитных отрядов была задействована в атаках на бункеры первой линии.
Пока взвод Ларона обеспечивал защитный огневой вал, один из штурмовиков присел, прилепляя мельта-заряд к толстой двери бункера.
— Сделано! — крикнул он, отходя на шаг назад, и спустя секунду заряд взорвался внутрь, расплавив тяжелый металл замка.
Вперед выступил второй штурмовик, пинком распахнув дверь бункера и наполнив помещение душем полыхающего прометиума из своего огнемета, прежде чем отступить назад, чтобы Ларон повел своих вооруженных хелганами солдат внутрь.
От пламени стены обгорели, а улучшенные автосенсорные системы шлема полковника немедленно адаптировались к полумраку. Он выстрелил из пистолетов в массивное тело космодесантника, а хелганы штурмовиков уложили второго, прежде чем враг успел навести на гвардейцев оружие.
Слепяще яркий выстрел лазпушки пронзил тьму бункера, пробил дыру размером с голову в груди одного из солдат и оторвал руку другому, врезавшись затем в стену позади. Двое предателей бросили свои ракетницы и ринулись на штурмовиков, их броня почернела и местами еще дымилась.
Ларон поднырнул под огромный нож предателя, просвистевший в сантиметре у него над головой, стреляя из плазменного пистолета в пах гиганта, а отскочив всадил в голову предателя резкую очередь из хелгана.
Во второго предателя попали четыре выстрела, но он даже не замедлился, с демоническим ревом врезавшись в штурмовиков. Несущий Слово вбил двоих в толстую стену бункера с мерзким звуком ломающихся костей, а затем вскочил и ударил в лицо третьему, расколов челюсти штурмовика.
Несущий лазпушку предатель замахнулся тяжелым орудие словно дубиной, и от его удара Ларон отлетел к стене. Судорожно дыша, полковник сполз за пол. Все еще лежа он вскинул оба пистолета, стреляя в грудь космодесантнку, который задергался и упал.
Когда Ларон вскочил, он увидел как последний предатель упал на колени. Уже умирая, десантник хаоса сломал шею одному из штурмовиков, прежде чем его добили три выстрела в голову.
Четверо из людей Ларона были мертвы, но бункер был нейтрализован.
— Наружу! — крикнул полковник, — К следующему!!
Концентрированный огонь тяжелых орудий выкашивал надвигающуюся технику имперцев, подножие стены было завалено сожженными и неподвижными танками. Боевые орудия ревели, стреляя на близкой дистанции тяжелыми осадными снарядами, превращая десятки бункеров в пепел.
Южный край вала уже пал, тяжелые танки перекатывались через защитные укрепления. Потоки бурлящего прометиума были извергнуты «Адскими Гончими», испепелив десятки Несущих Слово прежде, чем тяжелые орудия раскололи им топливные баки, и штурмовые танки исчезли в ревущих огненных шарах, окатив все вокруг потоками кипящей огненной жидкости.
Огромные «Горгоны» поднимались по ступенчатым насыпям, их боковые спонсоны изрыгали горящую смерть, а турели автопушек разрывали вершину гряды.
Лучи лазпушек и дымящие крак ракеты устремились к танкам Механикус, но их продвижение ничто не могло замедлить. И когда они достигли вершины вала, огромные осадные рампы откинулись, а тяжелые боевые сервиторы ринулись вперед, шипя мульти-мельтами и раскручивая штурмовые пушки.
— Резерв вступил в бой, мой повелитель. Сражаемся с врагом за вторым уровнем, — раздался по закрытому вокс-каналу рычащий голос Боккара, сержанта Помазанников.
— Понятно, — ответил Кол Бадар. Резерв занимал третий уровень, мешая врагам высаживаться за основными силами Воинства.
За волной «Горгон» шли катафракты, подключенные к гусеницам воины — скиитарии. Они ринулись вперед, их тяжелые болтеры лаяли, а из ракетниц к Несущим Слово устремлялись потоки самонаводящихся ракет.
По воздуху проносились эшелоны «Громобоев», низко летя и разрывая поверхность плотным обстрелом. Многие истребители были сбиты, выстрелы лазпушек и противовоздушных орудий оторвали им крылья или кабины, и они рухнули на землю, оставив на ней горящие борозды и убив все на своем пути.
