Еще минуту обоюдного сближения и мы остановились друг нарпотив друга. Но в отличие от молча миновавшего меня Седьмого, эти двое явно не прочь были поболтать. А возможно, и не только.
— Тебе, ублюдок, лучше было бы не попадаться мне на глаза, — сказал Семен, материализуя из Инвентаря меч.
— Ты скажи, нет, ты скажи, как теперь оттереться от твоей сраной Деструкции? — выкрикнул из-за его спины Самбулат.
Визгливый голосок таджикского мага так и дрожал от гнева. Уж чем ему-то я сумел насолить? С Семенном-то понятно. Логическая цепочка была проста: похоже, паренек был из злопамятных и крепко запомнил, кто развалил их честную компанию. И если уж Серега оказался нынче недосягаем для его гнева, то я, в виде изгоя, сам напросился в руки.
Странно, но тревоги я не испытывал, хотя по идее должен был. Боевой маг и Воин против вшивого Мага Поддержки.
— Что молчишь, гад? Язык проглотил? Манипулятор х*ров…
Но я не ответил. А вместо это молча набросил на себя бафы и вызвал моего волчонка. Посмотрим, насколько мне удалось упаковаться.
Появление Мясного Голема вызвало смятение в немногочисленных рядах противника.
Похожий на груду только что купленного на базаре мяса, Волчок выбрался из земли, отфыркиваясь и отплевываясь от каменистого грунта. Безобразная, перевитая красными мышцами морда преданно воззрилась на меня провалами глазниц, а широкие крепкие лапы заскребли в ожидании приказа.
— Это что еще за ху*та… — воскликнул Самбулат, в ужасе закрываясь руками. Семен же движением ладони набросил на себя какой-то собственный локальный бафф.
Я же не собирался давать им время для того, чтобы опомниться. Тем более что в эту секунду, наконец, сработало Сознание Убийцы, и я четко увидел над Самбулатом значок с бегущим человеком. Не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что слабое место таджикского мага — страх! Ха! Именно по нему я и ударю!
Н-на, нах!
Молния Андала черной волной с шипением взрезала воздух, опрокинув незадачливого пухляка на спину. Он заверещал, в ужасе от того, что одним заклинанием я снял приличный процент его Жизненной Силы (судя по характеристикам, Молния была впятеро мощнее моего изначального плевка магией, а значит, точно превосходила любые Чары из арсенала Самбулата по мощности, что не могло его не удивить).
Усмехнувшись, я запустил в него еще одной молнией, вышибая всякое желание сражаться! Ему, конечно, не следовало знать, что каст этих двух чар выгреб две трети моей Маны!
И Самбулат побежал. С громким вскриком, спотыкаясь, он со второй попытки сумел поднять свою пухлую тушку с гальки и бросился по течению ручья так, что только засверкали пятки.
Но с Семеном такой фокус явно не прокатит. Уже в следующее мгновение, повинуясь приказу, Голем бросился ему в ноги, но почти сразу отскочил, лишившись передней лапы. Упав на землю, та мигом почернела, превратившись в дурнопахнущую тухлятину. Семен же, понимая, что с дистанционщиком не следует играть в гляделки, лихо крутанув топор, ринулся по мою душу.
Какой он шустрый, твою мать! Я еле успел сменить жезл на меч, чтобы встретить его замах.
Бам!
Уже первый удар здоровяка отсушил руку!
Бам! Бам! Бам!
Он пер, как танк, с каждым размашистым ударом отбрасывая меня на пару метров… благо открытое пространство не позволяло прижать меня к какой-нибудь стенке и разделать там, как орех.
Покрытое рыжей щетиной широкое крестьянское лицо Семена выражало сосредоточенную ненависть и прямо-таки излучало желание обагрить секиру моей кровушкой. Бл*ха-муха, с чего он так на меня обозлился? Вот уж точно — чужая душа — потемки.
С полминуты казалось, что он таки меня додавит, но к счастью, теперь я был не один. Мясной Волк, кособоко разбежавшись на трех лапах, приземлился прямо на широкую спину сраного богатыря, и вцепился когтями в меховой жилет, в коий тот нынче был обряжен. Бедняга, видимо, посчитал, что после такой серьезной раны, которую он ему нанес, мой Рипл долго не протянет. Ха-ха! Как же он ошибался! Мертвому Голему плевать, сколько у него отрубят ног!
В глазах опешившего от неожиданности Семена, наконец-то промелькнул испуг. Он закрутился на месте, пытаясь отодрать Волчка от себя, но тот лишь глубже впился когтями в широкую спину здоровяка, а затем и вовсе попытался цапнуть того за шею.
— Убери, убери с-сучью… тварь! — заверещал Семен не своим голосом.
Ага! Таки и его проняло! Убрать?! Щаз-з-з!
Я плеснул себе Бодрости для ускорения регена Маны и всади в ублюдка молнию. Увы, хорошо прицелиться было невозможно, и часть урона попала и на моего Волчонка.
Наконец, с «надцатой» попытки Семен сумел ухватить его за шкирку и перебросить через себя. Волчок покатился по гальке, но я уже был рядом с противником, и просто и бесхитростно, ткнул его мечом под ребра.
Ха! Получилось! Не зря говорят: один плохой укол стоит трех рубящих ударов!
