Валентин и Джин во второй раз изменили форму, работая в унисон, и полетели на Викирноффа, направляя в атаку и мышей. Викирнофф скинул иллюзию принца и встретил их в воздухе – порождение мощи и способностей, коих ни один из двух вампиров не встречал доселе. Он прорвался сквозь хлопающие крылья мышей, сбивая нескольких в погоне за двумя немертвыми.
Джин отделился и бросился наутек, устремившись, что было сил сквозь деревья. Валентин решил остаться и сражаться, опустившись на землю и вставая лицом к охотнику. Наталья постаралась держать Джина в поле зрения, не веря, что тот сбежал бы, ведь они явно следовали чьим-то инструкциям, скорее всего Максима. Джина поглотило плотное скопление деревьев, но Наталья все равно вытащила свой меч, держа его наготове, реши вампир напасть со спины на Викирноффа.
– Ты – не принц, – рявкнул Валентин. И во второй раз уже прокричал. – Он – не принц!
Если он испрашивал разрешения сбежать, было слишком поздно. Викирнофф развернулся, и, ухватив вампира за загривок, вжал его в землю. И тут же вскочил на него, вбивая кулак в грудину, дабы извлечь сердце.
Наталья почувствовала жжение дракона, и стала неистово оглядываться, осматривая деревья, кусты, все вокруг Викирноффа. В дюймах от его ноги прокатился небольшой камень, и у нее перехватило дыхание. Она выскочила из своего убежища, когда за спиной Викирноффа возник Джин, и с выражением триумфа на лице замахнулся ножом.
Наталья совершила прыжок с переворотом, покрывая дистанцию между ними, и, пролетая мимо, махнула мечом, отсекая ноги вампира. Он завалился назад, издавая крики полные агонии, снова и снова. Викирнофф уже поворачивался и одновременно наносил удар. Он двигался так быстро, что вырвал сердце, прежде чем Джин упал на землю. Сверкнула молния, и с почерневших сердец пламя перебежало к двум телам. Викирнофф поднял голову и посмотрел на нее.
– О чем, черт возьми, ты думала, Наталья, когда пошла за мной? Ты могла погибнуть! – И едва он произнес эту тираду, как осознал, насколько смешно это прозвучало.
Наталья с легкостью справилась бы с вампирами и даже с кем-то посильней. Викирнофф не мог понять причину своего беспокойства. Возможно, она скрывалась в каплях крови на плече и синяке на лице, оставшихся после недавней схватки. Неслышно выругавшись, мужчина провел рукой по лицу.
Наталья ухмыльнулась:
– Просто скажи – спасибо, и мы в расчете.
Викирнофф поглядел на свои руки, а потом поднес их к ней, чтобы она тоже могла увидеть.
– Посмотри на это! У меня чешутся руки, просто жаждут хорошенько встряхнуть тебя! – Ладонь скользнула по ее голове, нырнув под ее волосы и обхватив затылок. Он наклонил голову, притянув ближе свою возлюбленную, и поцеловал. Быстро, напряженно, что не принесло им обоим должного удовольствия, – Ты напугала меня. Заставила ощутить то, что я не желаю чувствовать. Ты настолько смелая, что это ужасает меня, – Карпатец снова впился в ее губы поцелуем. Крепко. Властно. Немного жестко.
Наталья ощутила его страх, неутолимый голод и решимость. Викирнофф мог быть нежным, но не хотел признать себя таковым. Она испугала его, и с ее стороны это было не совсем хорошо.
– Давай выберемся отсюда, Викирнофф. Это место вызывает у меня мурашки. Мы не можем куда-то пойти и поговорить?
– Я сейчас совсем не расположен к разговорам.
Она сделала глубокий вздох, затем медленно выдохнула и посмотрела ему прямо в глаза.
– Я тоже…
Его тело все напряглось от ее ответа, а сердце словно перевернулось. Без предупреждения Викирнофф притянул ее к себе и взлетел в небо. Наталья обхватила его бедра одной ногой, желая ощущать жар тела, поддразнивая, пока он нес их через ночное небо.
– Ты не боишься?
– Нет,– она покусывала мочку его уха, – Не знаю…. Может быть, немного.
– Ты понимаешь, что делаешь? – рука Викирноффа с широко растопыренными пальцами на ее пояснице опаляла жаром даже через одежду. Его голос был резким от желания. От такой невообразимой жажды лоно Натальи сжалось от спазма, а соски затвердели.
– Ты спрашиваешь, хочу ли я быть твоей? – Ее тело изнывало, ощущая дикий голод. Она повернула к нему лицо, руками обхватив шею, лизнула языком губы, а одна рука скользнула вниз по его груди, чтобы обхватить твердую плоть, так тесно прижатую к ней.
– Ты должна быть полностью уверена. Потому что если это твое окончательное решение, я не позволю тебе уйти, Наталья. Даже если ты каким-то образом сумеешь уничтожить древний ритуал связывания, сам по себе старый как мир, я не отпущу, потому что ты моя, – его зверь с ревом взывал к своей половинке: «Спаси меня! Выбери меня! Будь всегда связана с моим сердцем! Оно принадлежит тебе. Только тебе».
Ей нравилось, что Викирнофф не закрывал от неё свой разум. Наталья хотела услышать его собственные мысли. Ей хотелось покончить с этим, отшвырнуть те ничтожные страхи и просто взять то, что она жаждала сильнее всего. Делать то, что хотела. Получить кого-то только для себя. С кем можно поговорить, разделить веселье, злость и страхи. Она желала именно этого. И Викирнофф предлагал все это.
