— Как эта бумага у вас сохранилась? — спросил Костя с удивлением. — Я даже в интернете не смог такую найти.
— Хех, — улыбнулся в ответ мэр и облокотился на свой стол, оттряхивая руки от вековой пыли. — Этот ваш интернет не имеет в себе физических, советских времен документов! Бумаги помнят прошлое, а буковки на экране нет!
На самом документе где-то на большей части имен имелся статус либо «МЕРТВ», либо «БЕЗ ВЕСТИ ПРОПАВШИЙ».
— Так кто из них вы говорите все еще живы?
— Вот эти, — мэр тыкнул пальцем в две строчки: Владимир Баилов Степанович и Григорий Кострельцов Игоревич. Ниже были даны их адреса.
— Они все еще живут там?
— Да-да, живут. А куда им еще деваться?
Костя просматривал имена, среди них он находил смутно знакомые, словно уже где-то мог их видеть.
— Можно я заберу ее? — обратился он к мэру.
— Да, конечно! — ответил тот с улыбкой.
— Тогда спасибо
— Да не за что!
Костя встал, складывая все свои принадлежности в сумку.
— Спасибо вам еще раз за то, что уделили мне свое время.
— Да что вы! У меня, итак, дел-то почти нет! А вы старика проведали, поэтому хотя бы за это вам спасибо!
— Я слышал, что больше материалов в библиотеке на эту тему? — спросил Костя, встав со стула.
— Да, конечно, — ответил мэр и тоже вышел из-за стола. — Там вы, конечно, найдете документы, но почему вы не хотите выслушать все от меня? — Улыбнулся он своей белоснежной улыбкой.
— Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, — сказал Костя.
— А! Ну хорошо тогда!
Мэр проводил журналиста до выхода из кабинета, дружески обняв его за плечо.
— О, и еще кое-что! — сказал он уже на выходе. — Будьте аккуратны, у нас в последнее время зачастили различные кражи и даже нападения!
— Здесь в поселке? — удивился Костя от слов мэра.
— Я сам, честно говоря, немного в шоке, но тем не менее будьте бдительны, а если увидите нарушителей, то сообщите мне или Максиму!
— Максиму? — поинтересовался Костя.
— Да, это наш, можно сказать, местный шериф, — с улыбкой ответил Евгений Михайлович. — он постоянно к нам из соседнего поселка приезжает, чтобы порядок здесь наводить. Думаю, вы с ним скоро встретитесь, рано или поздно.
— Хорошо, приму к сведению. А! Чуть не забыл, — вспомнил Костя в готовый уже спускаться вниз. — Как мне добраться до библиотеки?
Костя лишь смутно помнил расположения тех зданий при въезде. Мэр с радостью ответил журналисту, оставив подробные инструкции по достижению библиотеки. Тогда они в последний раз распрощались и Евгений Михайлович закрыл за собой дверь, затем подошел к большому окну и увидел идущего по улице Костю. На сей раз на его лице больше не красовалась та дружеская улыбка.
У Кости сложилось неоднозначное отношение к этому поселку. С одной стороны, это место, как и другие, напоминали ему о детстве. Когда он сам жил примерно в таком же населенном пункте и будучи ребенком он мог днями, а то и неделями заниматься всем, чем его душе угодно и никто, кроме его бабушки, которая периодически заставляла его работать в огороде, не могли ему помешать. С другой же, находится на улице здесь было неприятно. Грустное чувство опустошения, вследствие общей разрухи и тоски, преследовали Костю по пятам. Поэтому журналист шел ускоренным шагом. В то же самое время, эта тишина давала ему возможность побыть наедине со своими мыслями, впервые за долгое время.
Дождь за время разговора с мэром немного усилился. Вообще, Косте Михаил Евгеньевич показался странным человеком, постоянно менявшим свое настроение от невообразимого счастья до странной тревоги. Также журналисту показалось, что он что-то скрывает, прямо как Софа. Хотя возможно старик просто редко с кем-то общается, отчасти, может это объясняет его такое изменчивое поведение. Как бы то ни было, за очередным серым углом какого-то заброшенного дома, показалось большое кирпичное здание с полусгнившей надписью над входом: «Библиотека». Сам вход был не очень приветлив, поскольку по всему крыльцу был разбросан мусор, непонятно откуда взявшийся. Еще одно неприятное место в копилку с тому подобными. Все же Костя надеялся, что хотя бы внутри все будет чуть лучше.
Он надеялся зря. Вокруг журналиста находилось огромное количество шкафов с пыльными, старыми книгами. Все эту красоту освещали тусклые, советских времен лампы. В десяти шагах от Кости располагался стол. За ним сидела старушка, накинувшая на себя шаль и что-то читающая. По первому впечатлению, она ничем не отличалась от такой же старушки в гостинице.
— Прошу прощения, — тихо обратился к ней Костя, подойдя ближе.
Она не ответила.
— Прошу прощения, — повторил он чуть громче.
Нет ответа.
— Прошу прощения! — чуть ли не крикнул Костя.
Старушка медленно подняла свои глаза и грустным взглядом уставилась на вошедшего.
— Вам чего? — спросила она своим скрипучим голосом.
— У вас имеются документы, касающиеся обвала в Шахте Громова?
Старушка выпрямилась и глубоко вздохнула.
— Да, имеется.
— Можно на них взглянуть?
Она цыкнула в ответ, затем встала, взяв в жирную ладонь ключи из ящика стола и сказала:
— Идите за мной.
