— То мой дед. Могу предложить вам переехать в Калугу, аренду дадим правильную, обдирать не станем, подумайте прежде, чем вашему Блохину платить. Меня сможете найти в Императорской Академии, я там учусь, Егор соколов, — сделал я предложение.
По лицам крестьян я увидел, что они задумались. Ну а я взял у Робера тысячу триста пятьдесят золотых монет и отдал семье Потаповых. Закончив с Потаповыми, я погрузился в такси, и мы тронулись в Серпухов.
— Что-то стоящее купил, Егор? — спросил Робер.
— Не то слово, дома расскажу. Аудра, когда там общее собрание Академии? — обратился я к подруге.
— После двадцатого сентября, потом начнутся занятия по направлениям магии, а нас всех распределят по группам, — ответила девушка.
Оставшуюся дорогу ехали молча. К Академии подъехали, когда стемнело, решили, что с трофеями будем разбираться завтра. Без стеснения можно сказать, что устали. Но сворачивая куртку, я обнаружил в кармане маску.
Утром я побежал на пробежку, после пробежки заскочил на скалодром, куда подтянулись Аудра и Робер. Кроме нас по утру здесь никого не было. Прежде чем посчитать доходы от трофеев, надо было собрать информацию по закупочным ценам, если продавать в Академии.
— Я заскочу в обе лаборатории, узнаю цены на ингредиенты и на изделия, — взял на себя почётную обязанность мой сосед по комнате.
— А я в город собиралась, сегодня на тренировку по стрельбе из лука не пойду, так что выясню, что по чём в Серпухове, — сообщила Аудра.
Я возражать не стал. Сдам лук, который взял в аренду, заодно опробую своё новое оружие. Интересно даже, что скажет Закиров, как бывший егерь должен по достоинству оценить моё новое приобретение.
— Грёбаная преисподняя! Егор, ты где такую вещь раздобыл? Ты хоть понимаешь, что ты сейчас принёс? Да за такой лук любой лучник на границе душу продаст, это я тебе говорю, как егерь, который не один десяток лет провёл на границе Разломов, а также с орками, — Азгар Ильфатович был ошеломлён.
Инструктор с каким-то благоговением рассматривал лук, нежно поглаживая его руками. Потом попробовал упругость тетивы. Взял стрелу и сделал выстрел в дальнюю мишень. Стрела вошла точно в середину круга мишени.
— Тетива из сухожилий змея не боится влаги, порвать её нереально, даже не всяким ножом разрежешь. На восточной границе с орками за такой лук убить могут. Если взять стрелу с правильным наконечником, например из зубов грызунов из Прорывов, то ни один доспех не выдержит. Я такой лук видел у одного егеря в тех краях. Сокровище, а не оружие. Ко всему прочему он должен быть с магическими эффектами. Но с какими я не скажу, не знаю. Надо определять методом пользования, а главное понять, какой артефакт или ядро встроены в рукоять и плечи лука. Не простым мастером сделано такое оружие. Где говоришь, воевал погибший егерь?
— На Кавказском Разломе, мне так его сестра сказала, у которой выкупил оружие, — я достал клинки из рюкзака и подал инструктору.
Клинки из клыков теневого змея вызвали новый всплеск восторга Закирова. Он несколько минут рассматривал кинжалы, больше похожие на короткие мечи.
— Клянусь всеми богами, тебе, Егор, несказанно повезло. Мечи и лук делал один мастер, вижу клеймо мастера на оружии. Но я такого не знаю, никогда не бывал на Кавказе. Поговори с Тимуром Романовичем, тебя следует обучать фехтованию парными мечами. Галиев хоть и смотритель, но он точно владеет такой школой, при чём в своё время был очень знатным мечником в боях двумя руками, я об этом точно знаю. Может он что подскажет об артефактах, которые встроены в оружие, — посоветовал Закирова, возвращая мне кинжалы.
После тренировки, я выбрал место, чтобы предаться медитации. Тренировку проводил на пределах своих возможностей, так что разрывы мышц есть. Требуется подлечить себя. Тем более от таких процедур объём магии моего дара подрастает, понемногу, но растёт, что радует меня лично. Рюкзак у меня был с собой. Он весит, как сам рюкзак, кожа тонкая и лёгкая, но прочная. Заканчивая медитацию, я решил взять в руки лук и один из кинжалов, продолжил медитировать с оружием в руках в руках. Меня резко накрыла красная пелена…
