Почему-то невеселые мысли, поначалу крутившиеся вокруг Ария, то и дело возвращались к Трею. Судьба принца на время боя в поселке гибридов и собственной тяжелой болезни выпала из поля зрения. Я редко вспоминала сослуживца, в полной уверенности, что, появись новости, Риг сообщит о них. Молчание Леесса означало лишь одно – Трей по-прежнему на границе жизни и смерти, в странной полукоме. Но, по крайней мере, еще не сгинул! Эта мысль немного обнадеживала.
На первый взгляд совершенно не к месту в памяти всплыл беглый рассказ покровителя о Медране – короле сайхов, смертельно раненом и в последний момент выпившем крови вампира. Он провел без сознания четыре года, а очнувшись резко изменился – стал подозрительным, жестоким, непримиримым. Разошелся с любимой женой, выгнал из дома дочь, и, в конце концов, был смещен родным сыном.
Через некоторое время Медран пропал – ушел из дворца и не вернулся. С тех пор его не видели. Поговаривали, будто короля встречали среди фейри, словно он наслал страшное проклятье на собственную семью. Якобы вампирская кровь изменила магию в жилах Медрана, превратив его едва ли не в Антихриста из легенд моего мира. С той лишь разницей, что у нас все понимали – это лишь фантастика, здесь же никто не ведал – есть ли рациональное зерно в зловещих историях похождений свергнутого монарха.
Мысли о Трее, Арие и Медране почему-то переплетались в голове в одно целое и это беспокоило все сильнее.
Ощущение надвигавшейся беды, неотвратимой, ужасающей нарастало с каждым часом, звенело в каждой клетке.
Спасало только общение с Дэлом. Прогулки с ним по больничному дворику, теперь утром, в обед и вечером ненадолго вырывали из омута нехороших предчувствий. Монотонная ходьба, крепкая мужская рука на талии, теплая погода, на некоторое время переключали меня на приятную волну.
Мы с Дэлом болтали, в основном, о пустяках, смеялись, как подростки, гуляющие вместе, вдали от родительских глаз. Будто за самыми простыми словами крылся потаенный смысл, который понимали лишь я и он.
Так оно и было. В том как по-хозяйски айн обнимал меня, как наклонялся и говорил что-то смешное на ушко, ощущалось такое родство, какого не чувствовала ни с кем до этого… Даже с прежним мужем.
Ррул больше не заходил, зато прибегала Дель. Не знаю почему, но только сейчас созвучность Дэл-Дель резанула ухо. Младшая Медер умудрялась оба раза появиться именно тогда, когда мы возвращались с прогулки. Хотя один раз это было около трех дня, второй же – до двух.
Я возвращалась в палату с айном и сайхийкой. Дель не спешила делиться мнением по поводу грядущей дуэли. На мои вопросы отвечала смущенно, торопливо, скомкано, усердно пряча глаза.
– Они готовятся?
–Да, Арий призвал Фонти и еще двух полководцев. Ну и Ррул на подхвате.
– А Зетрей хороший боец?
– Не слышала об этом.
– Его воины?
– Среди них есть отлично обученные… но и у нас таких не меньше.
– Время назначено точно?
– Плюс-минус пара дней. Вчера стороны встречались еще раз, и договорились немного повременить…
Оба разговора совершенно не походили на наше обычное с Дель общение – спокойное, уверенное, разбавленное язвительными замечаниями. Я бы поняла, если бы при беседах присутствовали высокородные сайхи, при которых младшая Медер безупречно держала марку. Но ведь был только Дэл! С кем, с кем, с ним уж точно можно не церемониться, да и поиронизировать айн не прочь.
Я кожей чувствовала напряжение, зависающее между мной и графиней. Откуда оно взялось? В самые тяжелые дни наши разговоры имели непринужденный, свободный характер и тон. Поведение Дель настораживало сильнее прежнего.
Когда после второго посещения сайхийка упорхнула из палаты, на меня опять накатили мысли о Трее, Медране и Арие. Поразительно, но, глазами покровителя наблюдая, как принц едва не погиб, я ни разу не вспомнила ту историю. Теперь же она преследовала и будоражила.
– Принести тебе попить? – Дэл взял меня за руку и погладил пальцы.
– Дэл? Ты слышал о Медране? – вырвалось как-то само собой.
– О сумасшедшем короле сайхов, который черной магией убил жену и дочь, спалил до тла три города и пропал без вести? – слова айна настолько ошарашили, что я с минуту пялилась на него, открывая и закрывая рот, не в силах выдавить ни слова.
Древний варвар нахмурился, тяжело вздохнул:
– Значит, Арий снова не все тебе рассказал! Вот черт!
Я хотела возразить, попытаться успокоить айна, явно расстроенного собственной излишней говорливостью, но застыла, встречая долгожданного посетителя.
Будто нарочно в этот момент в дверях палаты показалась мощная фигура Ария. Из-за темно-бардового костюма: облегающей рубашки и классических брюк глаза альбиноса светились как настоящие рубины.
Но вместо радости и облегчения я внезапно испытала нечто очень странное. В животе, возле пуповины словно что-то сдавило, до боли, резко перешедшей в спазм, скрутивший всю нижнюю часть тела. Ойкнув, я моргала, наблюдая, как покровитель садится у кровати, напротив Дэла.
– Слышал, ты поправляешься! – лицо приемного отца просветлело, глаза улыбались.
– А я слышала, ты участвуешь в дуэле! – возглас вырвался сам.