Сняв антиаппарационный купол, чтобы дать возможность оставшимся в живых оборотням уйти с освобождёнными собратьями, Малфой продолжил давить на Грюма. Мелькали цветные вспышки заклинаний и мракоборец, вынужденный отбиваться от кучи нападающих, уже начал понемногу уставать.
Аластор, конечно, ещё представлял собой машину смерти для всех противников, но его непробиваемая пока защита, уже начала давать сбой, и пару раз в него попали серьёзные проклятья пожирателей.
Понимая, что ещё немного и его сомнут, он ударил во все стороны «Конфринго», а потом добавил «Баубилиус». Гойла взрывом отбросило на стену, но он, упав на одно колено, продолжил поливать Грюма «Бомбардами» и «Секо», Крэбб лежал на земле и бился в судорогах от пробившей защиту молнии, а Малфой прислонился к стене, его левая нога была разворочена каким-то тёмным заклинанием, на которые был щедр Грюм, несмотря на свою якобы светлую направленность магии.
Заметив, что поток молний начал ослабевать и нагрузка на амулеты уменьшилась, Люциус кинул в утомлённого схваткой Грюма «Орбис» и того по горло тут же закопало в землю, лишая подвижности и возможности продолжать схватку.
Понимая, что счёт пошёл на секунды, бешено вращая глазом, мракоборец крепко сжал челюсти и, активировав тем самым, вживлённый в зуб портал, который тут же аппарировал израненного Грюма прямиком в приёмную больницы, заодно принеся с собой ещё кубометр земли и камней мостовой.
«Экспульсо», брошенное в яму, оставшуюся от ещё мгновение назад зажатого в земле мракоборца, только выбило наверх пыль и камни. К этому времени, из живых существ на улице оставалось только трое, и все пожиратели тоже были изрядно потрёпаны. Подхватив Крэбба под руки, Гойл потянул бессознательное тело, к так и стоявшему возле стены Малфою.
— А неплохо повеселились, шеф, гы-гы, — довольно произнёс Гойл, — пора и честь знать.
Бледный как смерть Люциус только кивнул, и активировавшийся портал перенёс их прямиком в Малфой-мэнор. Люциус вызвал на аппариационную площадку своих домовиков и маленькие существа, тут же перенесли всех в лечебную палату в глубине мэнора, Люциус тут же велел доставить аптечки и начал скоро поливать рану на ноге зельями, а вторую аптечку перекинул Гойлу.
Просидев с бутылкой огневиски и активно снимая стресс, несколько утренних часов, Малфой вызвал «Патронус» и попросил явиться в поместье семейного целителя. Быстро появившийся старичок немедленно принялся за дело. Не расспрашивая о причине ранений, он привёл в себя Крэбба, влив ему в горло какую-то противно пахнувшую жидкость.
Осмотрел Гойла и, не найдя серьёзных ранений, повернулся к Малфою. Тот выглядел совершенно целым, но очень бледным.
— А с вами, что случилось, мой друг, — обратился он к Люциусу. Тот, не меняя выражения, показал разрезанную штанину и развороченную тёмным проклятьем ногу.
Ему, конечно, было очень больно и не терпелось получить квалифицированную помощь, но как сюзерен, он предоставил своим людям возможность первым попасть в руки целителя.
— Я полил всё настойкой бадьяна и выпил кроветворное, но это тёмное проклятье в моей ноге, продолжает творить своё чёрное дело, — хрипло произнёс Малфой.
Целитель немедленно кинулся к его ноге и начал накладывать какие-то диагностические заклинания. А потом достал из своего саквояжа флаконы с зельями, стал поливать ими рану, отчего Люциус кривился и шипел. А потом заставил его глотать не менее противные на вкус составы.
Наконец, примерно через час, пожилой целитель устало откинулся на стуле и произнёс:
— Мой лорд, мне удалось спасти вашу ногу от разрушения, но у меня есть и плохая новость. Это тёмное проклятье довольно сильно повредило вам кость, поэтому вам теперь придётся ходить с тростью, чтобы не нагружать ногу.
— Ну, трость — это не только подпорка, но и стильный аксессуар джентльмена, — с вымученной улыбкой произнёс Малфой. — Поэтому я со смирением приму свою судьбу, более того, я прикажу встроить в какую-нибудь красивую трость волшебную палочку, чтобы в случае чего, смертельно удивить своих противников.
— А рукоятку надо сделать в форме оскаленной пасти змеи, — басом хохотнул пришедший в себя Крэбб. — И знак нашего сообщества, и змею Слизерина, очень символично будет, шеф.
— Ладно, — вздохнул Малфой. — Спасибо за помощь, доктор. Если хотите, оставайтесь с нами на завтрак, Нарцисса будет рада вас видеть.
— Ох, нет, — заторопился целитель. — Ещё так много дел, так много дел. Вот вам ещё укрепляющие и кровоостанавливающие на всех, — произнёс он и заторопился на выход.
