Как оказалось, с сегодняшнего вечера начиналась выдача заработной платы всем, кто имел хоть какое-то отношение к госслужбе. Поэтому чувства людей, оставшихся без денег, понять было можно. И я, если честно, не позавидовал бы убийце, найдись он прямо сейчас. Одно могу сказать точно, до суда он бы не дожил.
Собравшиеся перед зданием люди выглядели по-разному. На лицах одной части собравшихся был написана растерянность и ужас, скорее всего, по причине задержки зарплаты, а не из-за скорби по усопшему.
На лицах второй части отражался интерес и злорадное удовлетворение. И последних было значительно больше. Видимо, некоторые из них уже успели получить свои кровные заработанные, а остальные к госслужбе никакого отношения не имели. Складывалось впечатление, что этот казначей, как его хоть зовут, надо, наверное, поинтересоваться, был пренеприятнейшим человеком. Чья-то смерть редко вызывает столько удовлетворения у большого количества людей.
От пристальных взглядов мне стало слегка неуютно. Из перешёптываний, раздающихся отовсюду, я вычленил самое главное: все связывают случившееся с нашим появлением. Жили себе тихо-мирно, пока не приехали эти горе-маги.
Гвэйн шёл рядом с нами, брезгливо оглядывая собравшихся. Вероятно, пропустить такое интересное дело ему не позволило любопытство.
Возле самой двери образовался небольшой пустой пятачок, на котором стоял мощный мужик, караулящий вход.
— Сюда никто, кроме магов, не войдёт, — сурово сдвинув брови, сообщил мужик одному из лесорубов, рискнувшему приблизиться. — Лёнька, вот это видел? — И он сунул под нос лесорубу огромный кулак. Кулак был размером примерно с голову Ванды. Лёнька икнул и поспешил ретироваться.
Больше никто не спешил рискнуть здоровьем и попытаться прорваться в здание местного казначейства. Я бы тоже не рискнул. Этот охранник был меня раза в три выше и раз в шесть шире. Да я у него, если на руке повисну, обхватив бицепс, как ту берёзку, на которой сидел во время своей первой спонтанной телепортации, он это не сразу заметит.
Охранник в это время разглядел нас, сделал шаг в сторону и кивком головы указал на дверь. Мы прошли мимо него под глухой ропот толпы и быстро закрыли дверь, отрезавшую от нас все посторонние звуки.
Пройдя по прямому, тёмному коридору, освещённому только одной лампой, остановились возле единственной железной двери. Дверь была массивная, толстенная, с несколькими огромными замками. А ещё она была открыта нараспашку.
Из комнаты не доносилось ни единого звука. И в ней было темно, хоть глаз выколи. И это не могло не вызывать удивления, учитывая, в каких подробностях описывались и труп, и море кровищи.
— И что будем делать? — тихо спросила Ванда. — Я вообще не слишком хочу заходить туда, а без света и подавно. Слушай, Дим, ты же у нас вроде бы артефактор. Не можешь запалить небольшой шарик и осветить уже это проклятое место?
— Ну как тебе сказать, — протянул я, поворачиваясь к ней. — Может, я бы и мог что-нибудь запалить, но есть один маленький нюанс. Это здание деревянное! — я осмотрел стены коридора, сделанные из цельного бруса и выкрашенные ярко-зелёной краской. Краска местам облупилась, а кое-где её вообще не было. — Как-то непрезентабельно выглядит местное казначейство. Кто вообще красит дерево краской? — спросил я.
— Главное, что защищено, — отстранённо ответил Егор. — У меня есть идея, — на этих словах он развернулся и пошёл по коридору в сторону выхода.
— Это он так деликатно намекнул, что хочет нас здесь бросить? — приподняла бровь Ванда.
— Сомневаюсь, — я потёр глаза и зевнул. Спать хотелось неимоверно, но вместе с этим ощущалась какая-то эйфория, азарт, жажда деятельности.
Я ухватился за эту мысль и понял одно: даже не глядя на труп, я могу с уверенностью сказать, что это не дело рук той тёмной тени с топором. Или не рук, а что там может заменять ей руки. Это было обычное, банальное убийство. Энергия Смерти была разлита в пространстве в большем количестве, чем обычно, и я как губка бессознательно впитывал её. Я задумался, а что, если попробовать немного поколдовать в таком состоянии. Это же, как наркотик для людей. Именно из-за этих ощущений некоторые некроманты сходили с ума и начинали совершать разного рода бесчинства, вроде немотивируемых убийств.
Я нахмурился, пытаясь вспомнить хоть какие-нибудь заклятья, которым нас Бурмистрова пыталась за год научить. Ничего не вспоминалось. То ли я вообще всё пропустил, то ли нас ничему такому и не учили.
Точно, крёстный же говорил, что непосредственно заклинания начнутся с третьего курса, а в следующем учебном году хорошо, если базовые заклинания дадут. Мы ведь ещё не это… это самое, не выбросились. Или, что там с нами должно произойти.
Мысли путались, энергия Смерти пыталась уместиться в и так переполненном резерве. В голове крутилась только одна мысль: надо выплеснуть ее хоть немного, иначе меня разорвёт к чёртовой матери!
