— Зачем вы мне всё это говорите? — Рома почувствовал, как на его лице сыграли желваки.
— Да так, брюзжу по-стариковски, — вор отвёл от него взгляд и указал на папку. — И пытаюсь понять, почему я всем этим занимаюсь? Вообще, ничего сделать не могут. Ни досье собрать нормально, ни кинжал больше года украсть, — раздражённо добавил он.
— Вы это про меня? — недоверчиво спросил Гаранин. В отличие от собеседника, он не отводил от него пристального взгляда.
— Это я про своих дегенератов, — поморщился бывший вор. — Про тебя я вообще говорить ничего не хочу. Не то чтобы ты меня разочаровал, но я явно ожидал чего-то большего. Лошади? Серьёзно? Тебе заняться после работы, что ли, больше нечем?
— Вот это я вообще ни с кем обсуждать не стану, даже с вами, при всём моём к вам уважении, — холодно ответил Роман, тряхнув головой, стараясь выбросить из головы мысль, что взгляд серых глаз кажется ему странно знакомым.
— И всё-таки ты не подходишь для этого места, Роман, без обид, — спустя минуту молчания, во время которой они играли в гляделки, произнёс бывший Глава воров. — Не хочешь уйти, пока не стало слишком поздно?
— Я не смогу найти себе замену, даже если очень захочу уйти на покой живым, — ответил Гаранин, сложив на груди руки. Ему до сих пор было непонятно, зачем к нему пришёл этот человек. За всё время присутствия бывшего вора в кабинете Рома лишь мельком взглянул на папку, лежавшую перед ним, но никаких опознавательных знаков не увидел и решил ознакомиться с содержимым после того, как посетитель уйдёт.
— Незаменимых людей не бывает, — резко ответил вор.
— Я не просто маг, я эфирит. И сильнее мага в Российской Республике вряд ли найдётся, — также резко ответил Гаранин, думая, что своим ответом он уведёт посетителя от неприятного для себя разговора.
— Вот этого я не знал и совершенно не ожидал подобного, — мужчина задумался. — Действительно, замену тебе будет трудно подыскать. Сомневаюсь, что кто-то из оставшихся в живых Тёмных согласится на подобное предложение.
— Ну, один знакомый Тёмный, решивший на старость лет поработать у меня поваром, меня уже послал, — невесело усмехнулся Роман. — Говорят, есть человек, способный разорвать связь с Гильдией, но я до сих пор сомневаюсь, что это возможно.
— Нет ничего невозможного. Я попытаюсь что-нибудь узнать, — вор покачал головой и, развернувшись, пошёл к выходу. — Не могу здесь больше оставаться. Но мне придётся как-то привыкать. Я ещё зайду, я помню, что ты меня на чай пригласил.
— Я не…приглашал вас на чай, — пробормотал Роман в сторону закрывшейся двери.
Он смотрел на дверь довольно долго, прежде чем опуститься в кресло, из которого поднялся, когда в кабинет вошёл его странный посетитель. Нахмурившись, притянул к себе папку. Что-либо высказывать Ольге смысла не имело. Этот человек по уставу Совета был выше многих правил и условностей. Пробежавшись взглядом по первой странице, Гаранин схватил телефон и набрал номер Силина.
— Если ты не при смерти и тебе не нужно срочно что-то украсть, то позвони немного позже, в идеале — никогда! — раздался в трубке раздражённый голос Карпа Ивановича. — У нас здесь самое настоящее ЧП!
— Что это только что было, Силин? — рявкнул Роман, разглядывая фотографию фландрийского мошенника и описание схемы мошенничества с лошадьми.
— Ты о чём? — выдохнул глава Гильдии воров, понимая, что просто так отвязаться от Гаранина у него не получится.
— О том, что меня только что навестил твой наставник. Он меня пять минут отчитывал, как нашкодившего щенка, — процедил Роман, закрыв глаза и потерев переносицу. — А потом бросил передо мной папку с полным досье на мошенника, укравшего мою лошадь, и обещал наведаться ещё раз. Силин, я знаю, что этот человек неприкасаем, но ты мог бы предупредить, что он заявится сюда лично! Что он вообще забыл в моём офисе, если ненавидит убийц лютой ненавистью⁈ — повысил Гаранин голос.
— Это то самое ЧП, о котором я тебе сообщил в начале нашего содержательного разговора. Он говорил, что хочет с торговцами пообщаться, но, видимо, решил всё же навестить того, ради кого проделал такой длинный путь. Пять минут? Всего-то? Сочувствую, Рома, но ты ему не понравился, — хмыкнул Силин. — Меня песочили около часа, столько же Рогова. Надеюсь, до младших Гильдий он не доберётся. Например, внезапно вспомнит, что отошёл от дел, поклявшись, что никогда не вернётся. И уберётся уже, наконец, в свою Тмутаракань! — голос Силина сорвался на крик. — И это всё из-за тебя, Гаранин! Угораздило же тебя вляпаться в это дерьмо и нас с головой окунуть вместе с собой.
— А при чём здесь вообще моя лошадь? И это не я предложил вам с ним связаться, — Рома остыл, понимая, что ворам досталось от бывшего руководства гораздо больше, чем ему.
