— Дома, — она тряхнула головой. — Оно слишком громоздкое и заметное. Я не смогла бы его спрятать под рубашкой, особенно под этой. На нём слишком заметный камень. Дима, помнишь, как все перевозбудились у Муратова, когда его на мне увидели?
— Ванда, когда ты столкнулась с Клещёвым, ты разговаривала с ним? — спросил Егор, потирая виски. Его глаза уже полностью напоминал и два расплавленный серебряных озерца.
— Нет, — уверенно ответила она. — Я спокойно прошла мимо, даже головы не повернув. Меня тоже хорошо учили, чтобы вы не думали обо мне. Что происходит? — обеспокоенно спросила она. — Дима, что со мной происходит?
— Клещёв не только артефактор, но и менталист, — я сжал и разжал кулаки. Вот же гнида. — Ванда, посмотри мне в глаза. Обещаю, я никуда не полезу, — твёрдо проговорил я и сразу же поймал взгляд серых глаз.
Нырнув беспрепятственно в её разум, я увидел только чёрную дымку, как последствия косвенного воздействия магии смерти. Но это она получила, когда я перстень Ромкин заряжал. Я тогда действительно слегка перестарался.
Так, а это у нас что? Я сконцентрировался, чтобы рассмотреть ближе небольшое расплывчатое пятно, которое буквально на глазах развеивалось, вплетаясь в остаточные эманации магии смерти. Фон, шедший от этого пятна, был мне знаком и ясно указывал на то, что я уже сталкивался с творением мага, оставившего его. Подобное воздействие я видел в голове Демидова во время его эпической свадьбы. Только здесь оно не укоренилось, не стало расползаться по мозгу в виде тошнотворной плесени. Я пригляделся более внимательно. Но ничего больше не заметил, ни узлов, ни сетей, ни блоков.
— Ну что? — хмуро спросил Рома, когда я покинул разум Ванды, разрывая зрительный контакт.
— Воздействие было, но оно, похоже, не сработало. А может быть, наши эксперименты с перстнем повлияли. Не могу сейчас сказать, — ответил я ему, поднимаясь на ноги. — И я не могу сказать, кем именно оно было сделано, но подобная дрянь была на Лео, когда его пытались подчинить. Возможно, и Клещёв, но здесь нужно как минимум знать отпечаток его дара, а я с ним ни разу лицом к лицу не сталкивался.
— Что ему нужно было от Ванды? — напряжённо спросил Рома, не отрывая взгляда от Вишневецкой, взгляд которой был немного блуждающим после моего вмешательства. Но никакой боли и особого дискомфорта это ей не принесло. Ментальную составляющую своего дара я боялся как огня, и уделял ей при обучении наибольшее внимание, чтобы не спалить кому-нибудь мозги ненароком. Пользовался, правда, редко, но это уже детали.
— Это может сказать только сам Клещёв, — я пожал плечами. — Но никаких привязок я не увидел. Скорее всего, Ванда всё-таки сама смогла справиться со вторжением в свой разум и сбросить с себя начинающую формироваться сеть, а мой дар закрепил результат. Рома, не трогай его. Он должен остаться живым, — я заметил, как Ромка сжал губы, поэтому поспешил предупредить. — Ты меня слышишь? Мы всё узнаем рано или поздно.
— Главное, чтобы поздно не было, — процедил он. — Какие-то последствия будут?
— Рома, я понятия не имею, — я потёр шею. — Ментальная магия — это… В общем, я не могу сказать о намерениях заклятья без конкретных привязок. Это так не работает. У Лео связи тогда уже сформировались, там было проще. Здесь же, — я махнул рукой. — Разумеется, мы не оставим это просто так и будем время от времени проверять. Ну а краткосрочные последствия, они уже есть. Ванда дезориентирована, совершает огрехи и дурацкие поступки, — пояснил я, не сводя с Гаранина пристального взгляда. — Ей нужно отдохнуть и желательно поспать.
— Хорошо. Возможно, ты меня немного успокоил. Егор, запри Ванду в комнате отдыха и присмотри, чтобы она не выходила оттуда до конца этого вечера, — Дубов кивнул, прекрасно понимая всю серьёзность и странность ситуации.
— А ничего, что я, вообще-то, здесь? — тихо полюбопытствовала Ванда, но спорить ни с кем не стала. Мы все синхронно повернулись в её сторону, отчего она немного смутилась. — Хорошо, я поняла, буду сидеть в комнате и никуда не лезть.
— Вот и отлично, — кивнул Рома. — Мне пора, нужно позаботиться о своих людях, — тихо проговорил он и развернулся, направляясь куда-то в сторону сада.
— Я всё равно ничего не могу понять. Убийство это, попытки ограбления, поведение Моро, не укладывающееся в его психопортрет, это странное воздействие на Ванду, — простонал Егор и отвернулся, закрывая глаза и массируя виски. — Мне нужно отлучиться и попробовать просчитать варианты. Иначе у меня голову просто разорвёт.
— Что будем делать с Клещёвым? — серьёзно поинтересовался Андрей, всё ещё разглядывая свою подопечную.
— Пока ничего, — покачал я головой. — Как бы мне ни хотелось схватить этого урода и прижать к стенке, так открыто действовать пока нельзя. Я попрошу Эда, чтобы он сам посмотрел, что творится с разумом Ванды. Всё же у него опыта гораздо больше. А после решим.
Гвэйн, внимательно слушавший нас, кивнул, но к Ванде не подошёл, прекрасно понимая, что я сейчас справился гораздо лучше, чем сделал бы он, находясь в зверином обличье. Я же тем временем продолжил:
