— Плохо ищем. Аваков, ты следующий, — с этими словами он перехватил свою папку поудобнее и вылетел из приёмной.
Моро либо решил отсрочить неизбежное, либо всё-таки умереть не слишком приятной смертью, потому что игнорировал мои звонки на протяжении последующих двух суток. Я даже таймер себе поставил и звонил ему ровно раз в два часа, чтобы он не забыл обо мне. Вяло крутя в руках телефон, я смотрел в окно, сидя за столом. То, что Джейсон не ответил мне сразу же, после того как я вернулся домой с конюшен, на самом деле пошло нам на благо. Гомельский сумел провернуть сделку на сингапурском аукционе, где мы выкупили свой же «Феникс», чтобы не вызывать никаких подозрений.
А вот то, что и сейчас Моро решил меня игнорировать, начинало немного злить, и я сейчас раздумывал: нанять мне людей второй Гильдии либо позвонить Ване, чтобы оформить один простенький контракт.
От столь сложного выбора меня отвлёк стук в дверь. Я повернулся и увидел входившую в кабинет Ванду.
— Ты уже вернулась? — нахмурившись, посмотрел на неё. Она выглядела уставшей, немного дёрганной, а тёмные круги под глазами на бледном лице говорили, что этой ночью она не спала.
— Спасибо фландрийской СБ, — фыркнула Ванда. — Меня приняли прямо в аэропорту, поинтересовались целью моего визита и всё время практически по пятам за мной ходили. Поэтому я ничего толком не смогла выяснить. Надо было взять несколько уроков у бабули и сделать несколько подставных личностей, проблем было бы меньше, — улыбнулась она. — Дима, мне кажется, они мне мешали не потому, что я внучка Агнешки или сотрудник российской Службы Безопасности, — прямо посмотрела она. — Они мне действительно практически кислород перекрывали, как только я начинала проверять кое-какие зацепки.
— Думаешь, фландрийская Служба Безопасности причастна? — спросил я, обдумывая то, что сказала Ванда. — Только вот информация о задержании гражданина другого государства должна поступить в посольство и в наше ведомство, что бы этот гражданин ни натворил.
— Я знаю, и это всё меня жутко раздражает, — она тряхнула своими кудряшками. — Я взяла разрешение у Громова. Схожу в Гильдию с официальным визитом. Хоть Ожогина на допрос вызову, а то он так ни разу вразумительно мне не ответил, где его начальник, когда просил что-нибудь вынести из дома.
— Ты ему до сих пор не сказала, что Ромка ему допуск открыл, как и ещё куче народу? — поинтересовался я.
Я по просьбе Егора проверил защитные чары. Оказалось, что для меня, Егора и Ванды Гаранин открыл не просто допуск, но и дал разрешение самим настраивать защитный контур. Только ничего об этом никому не сказал, но это с ним бывает. Перечень тех, кому он разрешил беспрепятственный проход, просто поражал: от родителей и практически всех родственников Вишневецкой и Дубова, связанных простенькими чарами кровного родства, до Рокотова и Андрея. А то, что среди допущенных лиц ещё и Эд фигурировал, с которым Ромка не был знаком, меня вообще выбило на некоторое время из равновесия.
— Ожогин не спрашивал, — Ванда пожала плечами. — Ладно, я побежала. Решила зайти, поздороваться да сказать, что я только что прилетела. Слушай, говорят, у нас психолога в штат взяли…
— Тебе не понравится, — прервал я её, глядя на входящий вызов зазвонившего телефона. — Мне Егор сказал, что с Гертрудой Фридриховной у вас отношения не сложились.
— Да, наверное, мне нужно сходить в Гильдию и желательно оттуда не возвращаться, потому что у меня с ней сеанс на час дня назначен, — простонала Ванда. — Чем думал Громов, когда эту убийцу нервных клеток брал на работу?
— Этот вопрос интересует девяносто девять процентов сотрудников, — я махнул ей рукой и поднёс трубку к уху, отвечая на вызов. — Джейсон, вы как раз вовремя. Я сейчас держу ручку в руке, чтобы поставить подпись на контракте с Рокотовым. Останавливает меня только одна проблема: я никак не могу решить, что конкретно я хочу, чтобы он сделал. Просто вас уничтожил вместе с вашим поместьем, хранилищем и всем, что вам дорого, или притащил в мою страну на своём самолёте для разговора со мной, раз вы так старательно меня игнорируете, — я говорил мягко, даже, можно сказать, вкрадчиво, но одновременно с этим чувствовал, что раздражение накатывает с новой силой. Всё-таки зря я считал, что успокоился.
— Дмитрий, хм, очень неожиданное приветствие, — почти спокойно проговорил Моро. Ванда тихо вышла из кабинета, оставляя меня одного для важного разговора.
— Странно, а мне кажется, вы должны понимать мою настойчивость с вами связаться. Скажите, Джейсон, вы меня держите за идиота? — проворковал я.
— Я не понимаю, о чём вы говорите, — сдержанно ответил Моро.
