— Что у вас там происходит? — в голосе Егора прозвучало напряжение. — У меня есть портал в ваш дом. Я сейчас перемещусь, — он отключился, а Томаш снова повернулся к тёще.
— Агнешка! Сейчас за моей дочерью придут, и не дай боги, она куда-то выйдет из моего дома, пока её не заберут. А вот этого… инженера-теплотехника, чтобы духу здесь не было, это понятно? Что хотите делайте для этого. Разрешаю воспользоваться ружьём!
Развернувшись, он направился к двери. Что-то явно происходило, нужно было действовать и немедленно.
— Папа, — к нему бросилась Ванда, — куда ты уходишь?
— За бензином! — рявкнул Томаш. — Или ты думала, что я шучу?
И он захлопнул за собой дверь, бросаясь вниз по лестнице, бормоча под нос ругательства.
К счастью, в гараже у него стояла ещё одна машина — фургончик, на котором он иногда самостоятельно привозил товары со складов.
Сев за руль, Томаш снова достал телефон. Ему нужно было успокоиться, а то вон как руки дрожали. Так и на ближайший столб намотаться недолго или инфаркт, возраст-то уже не тот. Набрав номер, он поднёс трубку к уху.
— Я вас слушаю, господин Новак, — раздался голос Жени Ожогина. — Если вас интересует судьба двух наших кретинов и воров…
— Мне плевать на этих идиотов, я знаю, что с ними всё в порядке и они отделались испачканными штанами. Я через два часа будут в Москве. Собирай Совет. И не дай боги, там кого-то не будет. Я тогда сниму с себя полномочия главы второй Гильдии и возглавлю Совет, и вот тогда кто-то может пострадать, — прошипел бывший глава первой Гильдии Томаш Новак, который, уйдя из Гильдии, женился и взял фамилию жены, чтобы ничто не связывало его семью с его криминальным прошлым.
— Когда нужно собрать Совет? — растерянно переспросил Женя, прикидывая, как он это сделает.
— Вчера, Женя, это нужно было сделать вчера, — пробормотал Томаш и отключился. Бросив трубку на пассажирское сиденье, он нажал на газ, и машина рванула в сторону Москвы со всей возможной скоростью.
В холле меня встречали Марина и Эдуард. Точнее, они меня не встречали, а просто вышли в холл одновременно с моим появлением.
— Ну что? — Эд внимательно осмотрел меня, в его взгляде на мгновение промелькнуло беспокойство.
— Я нашёл артефакт и уничтожил, — ответил я, подходя к Марине, успевшей переодеться. Похоже, я успел как раз к ужину.
— Хорошо, — Эдуард кивнул и повернулся к столовой, но тут из библиотеки выбежал Лео и бросился ко мне. Одновременно с этим у меня в кармане зазвонил телефон.
Я вытащил трубку и сразу же ответил на звонок, делая шаг в сторону. При этом Николай, пытавшийся снять с меня пальто, поймал руками пустоту. Дворецкий закатил глаза, но мне было не до его переживаний.
— Да, Егор, я тебя слушаю, — быстро проговорил я.
— Дима, давай быстро к нам. Похоже, Ванда действительно сошла с ума, — быстро проговорил Егор. — И бери с собой Эда, да и Демидова прихвати, чем больше менталистов, тем лучше.
— Что случилось? — медленно проговорил я, ставя телефон на громкую связь.
— Я не знаю. Такое ощущение, что Ванда забыла Ромку, понимаешь? Она его не помнит и начинает в истерику впадать, когда я пытаюсь о нём говорить. А ещё она притащила в свой дом какого-то Влада. Но я его не застал, когда забирал её из Твери, — быстро проговорил Егор. — Но это не всё. Пришла сводка. Во второй Гильдии появился исполняющий обязанности главы, некто Новак…
— Егор, я знаю, ближе к делу, — поторопил я его.
— Ванда прочитала сводку и пожала плечами. При этом она абсолютно точно знает, кто такой Роман Гаранин, но на этого мокрушника, как она выразилась, ей, мягко говоря, плевать. А кто такой Ромка, она не помнит. Она словно в голове разделила их, понимаешь. Того, кого она любила, там больше нет, а на Гаранина ей плевать, — Егор замолчал, а потом добавил: — Но, разве это возможно…
Блямс! Мы все резко развернулись к Эдуарду, который выронил из рук свой кинжал. Он слегка побледнел, а потом, подняв кинжал, рявкнул:
— Пойдёмте, быстро! Пока не стало слишком поздно! Лео, ты с нами. Мы с Димой можем ничего не увидеть, потому что это мой артефакт, а родственные нити можно пропустить. Поэтому мы не увидели воздействия. Дима, можно, я придушу этого садовника недоделанного? — простонал он, выхватывая из рук идущей мимо горничной пипидастр и делая из него портал.
— Вот об этом я и хотел сказать, — заявил Лео, не обращая внимания на Марину. Не удивлюсь, если он её просто не замечает.
— Я его сам однажды убью, — мрачно сказал я, поворачиваясь к Марине. — Ещё раз прости, — и, поцеловав её в щёку, схватился за метёлку. Перед тем как переместиться, услышал, как Николай говорит, обращаясь к ней.
— Пойдёмте, я покажу вам дом. У нас прекрасная библиотека и чудесные оранжереи…
Ослепительно-белый свет бьёт в глаза, проникая даже сквозь сомкнутые веки. Громкая классическая музыка проникает в мозг и кажется, что мозги бьются о черепную коробку, вступая в резонанс с очередной симфонией. А ведь раньше он думал, что любит подобную музыку. Надо же было так ошибаться.
