После многочасовой скачки, вечером, Сауроном было приказано разбить лагерь. До наступления следующей ночи, всадники и их транспорт должны успеть отдохнуть. Как я узнал, майар гнал всадников несколько дней бесперерывно, дабы успеть вторгнуться в Эрегион, до того как мы спрячем кольца. Я, облюбовав поросший мхом камень, привалился к нему спиной и вытянул ноги. Впав в состояние транса, я пытался настроится на родовой камень. Получилось. Прочувствовав чары и ощутив состояние невесомости, я вспомнил ощущение “полета” с помощью Вилья. Какого-же было мое удивление, когда я увидел знакомую обстановку моего подвала. Каким-то до сих пор, неведомым мне образом, я проявился призраком у алтаря. Я внимательно осмотрел свои полупрозрачные руки, в которых четко просвечивались кости. От моей зависшей в воздухе фигуры, до сих пор одетой в броню, исходило эфирное пламя или испарение, зеленоватого цвета. Спешно проскользнув через потолок подвала, я оказался на первом этаже своего дома, однако заметил, что чем дальше я от алтаря, тем труднее мне поддерживать состояние транса. Только из-за этого состояния я проявился в Ост-ин-Эдхиле. Воодушевленный, я вылетел на улицу... Поначалу, меня приняли за неупокоенную душу. Вроде: майар меня убил, проклял, отчего моя душа не попала к Мандосу, а проявилась в моем доме, став приведением. Благо кричали мало и быстро успокоились. Я, приказав собраться совету в моем доме, просочился сквозь стену обратно в дом. Совет прибыл во всеоружии, готовый ко всему. Я же, зависнув над своим местом у стола на кухне, стал оъяснять мое здесь присутсвие. Я жив, здоров, просто могу проявлять свой образ здесь, во время сна тела, как бы далеко оно ни было, но мой образ не мог покидать дома. Я даже объяснил свое соглашение с Сауроном, пообещав, что при угрозе Ост-ин-Эдхиль, покину его. Совет, переваривал ситуацию недолго и стал отчитываться передо мной о проделанной за это время работе. Как оказалось: аборигенов поблизости нет, в реке имеется рыба, горы действительно богаты на ресурсы, правда к разработке рудника еще не приступали. Я же был рад. Удивлен, но рад. Думал, что обзовут предателем, погонят прочь, но как оказалось, майар Аннатар, показал себя весьма разумным, логичным, хоть и не до конца понятным существом. А наличие шпиона в стане потенциального врага, лишь уверило их в правильности моих действий. Пусть Саурон воюет себе с кем хочет, лишь бы нас не трогал. А люди. А что люди? Эльфам до них дела нет. Они одни беды приносили, в Войне Гнева и вовсе, кроме трех полувырезанных семей, весь род человечий выступал на стороне Моргота. Закончив столь оригинальную домашнюю аудиенцию я исчез, придя в себя уже в своем теле. Интересно, если во время смерти я успею впасть в транс и бросить свои останки, я проявлюсь призраком уже в Ост-ин-Эдхиле? Или же вновь приду в себя уже в излеченном теле, или подле места его гибели, вновь материализовавшись из приведения?
