Тэлс успел встать на ноги и уже собирался поднять с земли обронённого побратима, когда случилось нечто, повергшее его в неописуемый, немыслимый ужас, который он никогда не испытывал.
Прямо напротив явились два кроваво-красных ока. В голове успела пронестись мысль, что сейчас жадные волчьи зубы вопьются в шею, разрывая горло.
И в следующий миг Таэлнас с жутким испугом, заставившим забыть о смертельной опасности, осознал, что зловещий взор принадлежит очнувшемуся Эрегинду.
В сознании всплыли картины из недавнего кошмара: битва с орками, похороны, принявшая яд Наинлит и … холодная липкая паутина ужаса плотным коконом оплела душу: он вновь видел лучшего друга в демоническом обличье, только теперь наяву.
Раздался звон клинка: Таэлнас почувствовал, как Эрегинд вытащил из ножен его мэохафон. Свободной рукой он с невероятной силой, легко, будто невесомое пёрышко, забросил опешившего товарища на ветку рядом с Нали, которая, разинув рот в немом ужасе, уже наложив стрелу на тетиву, но забыв сделать выстрел, взирала на очевидно невероятный поворот событий.
Эльф-демон времени даром не терял: вооружённый теперь парными мэохафонами, и с феноменальной быстротой выписывал в воздухе причудливые мельницы и восьмёрки, он уверенно, будто на тренировочной дуэли, вышел навстречу волчьей стае.
Ближайший зверь был уже в трёх шагах от героического безумца, но тот только выбросил вперёд клинок в правой руке, словно салютуя противнику, чтобы вызвать его на поединок. Для полноты картины не хватало только церемониального поклона.
Для Тэлса и Нали время остановилось. Не чувствуя себя, не осязая окружающего мира и не веря в реальность происходящего, они застыли в ожидании неминуемой, и, как казалось, фатальной для их друга развязки.
Но чудеса этой кошмарной ночи продолжались: два почти одновременно набросившихся на Эрегинда волка с разрубленными глотками с хриплым жалобным визгом откатились назад – восставший из беспамятства проделал почти неуловимый глазом проворот на месте, клинки в его руках обратились бешено вращающимися лопастями мельницы, легко рассекающими звериную плоть.
Всё равно, это казалось лишь отсрочкой страшной гибели: серых хищников напирало слишком много, кроме того, несколько зашло с тыла.
Новая волна атаки – и тот же результат: со смертельными ранами на земле в агонии корчились трое волков, у одного были отрублены обе передние лапы.
Не веря своим глазам, затаив дыхание, эльф и эльфийка завороженно наблюдали за разворачивающимся кровавым спектаклем.
Тем временем наступил решающий момент схватки: на юношу одновременно со всех сторон набросилось пять волков. Участь неудачливых товарищей ни капли не смутила остальных участников облавы. Они, наоборот, ещё с большей яростью, громко рыча, устремились на одинокого бойца, сумевшего дать сокрушительный отпор первому натиску. На короткий миг Эрегинд скрылся в свалке серых тел, лап, хвостов и рычащих осклабившихся пастей, полных страшных клыков, брызжущих вонючей слюной.
В этот бесконечно долгий миг у его друзей будто замерло сердцебиение. Невозможно было и представить, что возможно отразить настолько мощный натиск.
Но Эрегинд-демон сделал это!
Во все стороны брызнули ошмётки искромсанных волчьих туш, фонтаном взвились брызги крови. Это был коренной перелом эпичной схватки.
Тэлс и Нали одновременно ахнули.
Уцелевшие волки с жалобным визгом начали пятиться назад, поджав хвосты. А победоносный укротитель кровожадных хищников и не думал останавливаться на достигнутом.
С головы до ног забрызганный кровью, широко раскинув руки в стороны и раскручивая клинки в воздухе, он с умопомрачительной скоростью атаковал обращённых вспять неприятелей.
Стая обратилась в бегство.
Ещё несколько мгновений назад волки с лютой злобой набрасывались на беззащитную, как казалось, добычу, а теперь, охваченные диким ужасом, без оглядки удирали прочь.
Но ничто не могло спасти их.
Лес наполнился жалобным лаем и пронзительным визгом. Новоявленный ангел смерти не уступал бестиям в скорости, преследуя их по пятам. Окрестности раз за разом оглашали предсмертные вопли и хрипы неудачливых охотников, обращённых жертвами.
Юноша и девушка недвижно замерли в своём убежище. Они были не в состоянии не только говорить, даже посмотреть друг другу в глаза. Застыли в неподвижности даже мысли в сознании.
Первым пришёл в себя Таэлнас.
– Что … Кто … Как … – Он всё ещё пребывал в состоянии шока.
Вместо ответа Наинлит лишь покачала головой, не в силах сказать ни слова. Так продолжалось ещё несколько сонант. Наконец, ничего не говоря, Тэлс просто спрыгнул на землю и, подсвечивая себе янтариновым жезлом, принялся осматривать землю под деревом.
– Что нам теперь делать? – Наинлит наконец вышла из оцепенения и спрыгнула следом.
– Я не хотел бы возвращать домой это чудовище, но, боюсь, у нас нет выбора. Возможно, ему поможет госпожа Ваэртильгвен, а если нет, то целители Гильдии магов. Если … – Тэлс запнулся. – Нет, не хочу об этом даже думать!
– Ты думаешь, что это больше не Эрегинд?
– Да, любимая, именно это я и имею в виду.
