Проверив три из них, я убедился, что Печати целы и демоны на месте. Все выглядело гораздо лучше, чем можно было надеяться. Хоть сейчас лети на все четыре стороны.

Вернувшись обратно, я увидел Ога, который, зажав подмышкой здоровенный тесак, потрясенно бродил среди сундуков и бочонков. Он то и дело запускал руки в изумруды или сапфиры, подносил их к глазам и тихо насвистывал веселую песенку. Увидел меня, улыбнулся. Я вернул ему улыбку, понимая, что все, что сейчас лежит на земле — лишь малая часть содержимого трюмов «Фрекен Ум-Горх».

Гира пришла в себя только часа через два и тут же обхватила свой бесценный булыжник обеими руками.

— С пробужденьем, — поприветствовал я ее.

Она неуверенно улыбнулась:

— У вас такой вид, словно вы не в себе, ребята.

— Это точно, — кашлянул Ог. — Что произошло? Куда подевались ловцы удачи?

— О. — Девчонка откинула со лба рыжую челку. — Они провалились.

— Сквозь землю? — усмехнулся я. — Объясни про нож.

Она перевела взгляд на мертвого Тони.

— Я же говорила, что он пожалеет. Помнишь, когда они заставили меня искать, где Кархи спрятали галеон, моя кровь во время ритуала была на кинжале? Лорхи — торговцы. Кархи — воины. А мы, Горхи — мастера. Металл чувствует нашу кровь и подчиняется Говорящим, если «Горный цветок» поблизости. Так что трюк с клинком был вопросом времени. С остальным несколько сложнее. Я до последней минуты не верила, что удастся коснуться артефакта. Без этого ничего бы не вышло. Но нам повезло, и все любезные доны отправились в Изнанку.

— То есть, как?

— Очень хитро, конечно же, — подмигнула она мне. — «Горный цветок» открывает ворота, чтобы Говорящие вытаскивали в наш мир демонов. Но на самом деле артефакт — палка о двух концах. Он может не только вырывать демонов сюда, но и отсылать людей в места, не слишком приветливые. Короче говоря, все, кому не повезло оказаться за пределами круга, отправились в путешествие безо всяких шансов на возвращение.

Ог присвистнул и почесал затылок.

— Оказаться в Изнанке, где обитают демоны… Ловцам удачи можно только посочувствовать.

— И что теперь? — осторожно поинтересовался я.

Гира улыбнулась:

— Все, что находится на «Фрекен Ум-Горх» — мое, — она указала пальцем на галеон. — Ни Кархи, ни Лорхи не получат золото и «Горный цветок». Я не вернусь домой до тех пор, пока эти кланы существуют. Так что, наверное, придется мне искать новый дом. Денег мне не потратить и за десять жизней. К тому же, одна я их отсюда не вывезу. Намек понятен?

— Угу. Мы поможем тебе…

— Вы уже помогли мне так, как не помогал никто в жизни. Предлагаю партнерское соглашение. Все поровну. На три доли. Думаю, нам хватит луидоров, чтобы купить не только Логово, но и все частные площадки на Черепашьем острове. Устроим хорошее дельце, друзья. Как считаете?

— Даже когда мы купим весь Черепаший остров, у нас останется еще очень много луидоров, — Ог счастливо ухмылялся.

— Это не проблема, — пожала плечами Гира, вставая на ноги. — Поверьте, гномы всегда знают, во что вложить свои капиталы.

И в этом утверждении я был с нею совершенно согласен.

— Мы рухнем, — сказал я, с иронией наблюдая, как Ог пытается запихать к себе в кабину огромную кучу ценностей. — Непременно рухнем. Или ты просто не влезешь. Оставь хотя бы половину из того, что взял.

— И не подумаю!

— Ты боишься, что кто-то наткнется на галеон?..

— В жизни всякое случается. К примеру, в один день ты — особый почтовый, а в другой — самый богатый орк в мире. Так что не мешай. Я стараюсь ради нас всех.

Гира, сидящая в кабине заднего стрелка, прыснула:

— Ог, ты забываешь, что у нас «Горный цветок». На продаже резвых демонов мы легко заработаем еще столько же. Не волнуйся. Главная ценность уже на борту. Давайте убираться отсюда, ребята.

— Готовы? — на всякий случай спросил я.

Напарник показал большой палец. Гира повторила его жест. Я коснулся Печатей, и отправил стреколет на взлет.

<p>ИСТОРИИ РАЗНЫХ МИРОВ</p><p>ДОЖДЬ</p>

— Сара Тисдейл. Ваше любимое, если не ошибаюсь…

Будет ласковый дождь, будет запах земли,

Щебет юрких стрижей от зари до зари,

И ночные рулады лягушек в прудах.

И цветение слив в белопенных садах;

Огнегрудый комочек слетит на забор,

И малиновки трель выткет звонкий узор,

И никто, и никто не вспомянет войну:

Пережито-забыто, ворошить ни к чему.

И ни птица, ни ива слезы не прольет,

Если сгинет с Земли человеческий род.

И весна… и Весна встретит новый рассвет,

Не заметив, что нас уже нет.

(Сара Тисдейл «Сонет № 40»)

Р.Брэдбери «Марсианские хроники. Будет ласковый дождь»
Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги