— Хм, — улыбнулся Кинг, — Как актера? К нам он поступил прошлой ночью! В нем проснулся зеленый герой, — мужчина хмурится, — Как же его звали? Халк! — указывает ручкой на меня, — Столько статей! Гарантированный срок на несколько лет! Чем он только думал?! — смеется папин друг, — Причем, он успел обплевать всех сотрудников полиции, пока они его сюда везли!
— Томас, просто скажите цену, — виновато смотрю в пол
— А что твой сделал?
— Все…
— Элла, давай конкретно.
— Вы сами перечислили.
— Так, давай поищем, — он надевает очки и смотрит в монитор, — Роберт Дауни, — повторяет вслух
— Да, — киваю сама себе
— Я вижу только этого сумасшедшего актера. Видимо, твоего уже выпустили, — переводит взгляд на меня и улыбается
— Это тот самый, мистер Кинг. Я надеюсь, вы все рассказали, или он еще что-то успел сделать?
— Элла, — улыбка с лица мужчины медленно исчезла, сменившись на неловкость, — Ты уверена, что это он?
— На сто процентов.
— А родители знают? — как-то встревоженно спросил папин друг
— Недавно узнали. Почему всех этот вопрос волнует?! — уже раздраженно спрашиваю я
— Элла, Элла! Это уже секреты вашей семьи. Он же слишком стар для тебя, нет? Кстати, мой сын все еще влюблен в тебя. Обратила бы внимание еще раз. Но, раз ты здесь с этим, — делаем акцент на слове, — Надеюсь, ты все знаешь и уверенна в своих действиях.
— Знаете, Томас, — тяжело выдыхаю свои переживания, — Я ни в чем уже не уверена. Каждый день что-то открывается, разрушая все предыдущие планы.
— Что ж, из уважения к твоему отцу, я под свою ответственность выпущу твое чучело. Прессе скажем, что под залог, но ты никому об этом не рассказываешь.
— Спасибо, Томас. Я буду стараться следить за его состоянием. Просто, пару дней назад мы поссорились, я ушла домой к родителям, об этом уже успели написать СМИ, и о том, что Роберт здесь, я узнала от мамы, которая мне газету принесла с фотографией. И он не знает, что я здесь, — голос от волнения начинает дрожать
— Элла, я бы на твоем месте его не вытаскивал.
— Вы же не на моем, верно? — смотрю на мужчину, — Если вопрос в деньгах, поверьте, у меня они есть. Я готова их отдать.
— Делай как считаешь нужным. Я сейчас все подготовлю для освобождения. Денег не нужно.
— Можно попросить что-то от головы и бутылку воды? — как-то странно произнесла я
— Болит? У меня есть очень хорошее средство, — мистер Кинг стал копаться в ящике, после чего протянул мне лекарство, — Вот, держи. Лучшее, что только может быть. Забирай всю, у меня тут есть запас. И вот вода.
— Спасибо, — сделал вид, что выпила, прижав таблетку большим пальцем к ладони, после чего все положила в сумочку, — Да, погода так себе, сказывается на состоянии.
— Думаю, ты перенервничала со своим, — хмыкает, — Другом.
— Не исключено. Я могу уже к нему подойти?
— Да, тебя проводит охрана.
— Томас, спасибо вам. Вы не представляете, что сделали для меня, да и для него… Только, очень прошу, папе не говорите.
— Не волнуйся, я не собираюсь снова лезть в ваши дела. Только, я удивлен, что Генри его не убил, как узнал, — мужчина прищурился
— Лучше мне не знать, за что…
— Не знать? Хм. Тогда все ясно. Ладно, это Сэм и Уилл, они тебя проводят.
— Благодарю, мистер Кинг.
Двое здоровых полицейских вели меня по темному коридору. Моя одежда еще не успела высохнуть от дождя, и ее влажность создавала неприятную прохладу. Сотый раз, я проклинала себя за то, что приперлась сюда как идиотка. Что мной руководило, когда я ехала? Окошки в дверях некоторых камер были открыты, из них доносился свист. Довольно пугающая картина. Сколько раз Дауни попадал сюда? Достаточно много, даже какое-то время сидел здесь. Жутко. Закрытые камеры стали переходить в «открытые», без стен. Обычная клетка, как у животных в зоопарке. Даже не знаю, что из всего этого ужаса внушает больший страх. Одна часть меня кричала до хрипоты в голосе, что нужно наплевать на все и скорее убежать отсюда. Вторая, также громко, вопила о желании вытащить Дауни младшего из этого ада. Мы подошли к его клетке. Интересно, какая была бы реакция у людей, которые к нему хорошо относятся, несмотря на то, что он периодически вытворяет? Кумир многих сидит в углу камеры словно зверь в клетке, оперевшись на стену боком, с закрытыми глазами, сжавшись от прохлады, скрестив руки на груди. Порванная грязная рубашка, которая когда-то была белой, растрепанные волосы, из одной штанины вырван клочок ткани, а вторая немного закатана. Он спит, или дремлет. Кроме актера в камере никого нет, зато «через стенку», соседей хоть отбавляй.
— Железный человек, подъем! — громко закричал охранник, проведя дубинкой по решетке, от чего она издала противный звук, — К тебе посетитель!
— Катись к черту, Сэм! — лениво зевнув, ответил актер, не открывая глаз, — Не жду никого. Никаких интервью, фото и автографов!
— Роберт? — еле слышно, в шоке от увиденного, позвала я
