Печаль. Она овладела каждым дюймом ее тела, вползла в ее сознание, легла тяжестью на ее душе. Для нее Михаил был потерян. Так или иначе, каким-то образом, за эти несколько часов он отделился от нее, ускользнул. Рейвен тряхнула головой, ее печаль была так глубока и безудержна, что прямо душила ее, не позволяя сделать глоток воздуха.
- Рейвен, прекратите это! - Отец Хаммер обхватил ее маленькую, согнувшуюся фигурку и направил к краю кровати. - Михаил попросил меня побыть здесь. Он сказал, что придет за вами ранним вечером.
- Вы не знаете…
- Почему бы ему вытаскивать меня из кровати в такой час? Я старый человек, дитя. Мне нужен отдых. Вам следует подумать, воспользоваться своим интеллектом.
- Но эти ощущения такие реальные - словно он умер, и я потеряла его навеки.
- Но вы знаете, что это не так, - здраво возразил он. - Михаил выбрал вас для себя. То, что вы разделяете с ним - то же самое его люди разделяют со своими супругами. Они считают физическое и душевное объединение само собой разумеющимся. Он лелеют его, и за все время, что я знаю их, я понял, что оно так сильно, что один едва может пережить потерю второго. Люди Михаила большей частью принадлежат земле, они дикие и свободные подобно животным, но с необыкновенными способностями и совестью.
Он внимательно всмотрелся в ее зареванное лицо, в ее печальные глаза. Ей все еще трудно было дышать, но он почувствовал, что слез стало меньше.
- Вы слушаете меня, Рейвен?
Она кивнула, отчаянно стараясь ухватиться за его слова, восстановить свое благоразумие. Этот мужчина знал Михаила, знал его в течение многих лет. Она могла почувствовать его привязанность к нему, и он был уверен относительно его силы.
- По какой-то причине Бог дал вам способность образовать как ментальную, так и физическую связь с Михаилом. А вместе с этим и внушающую страх ответственность. Вы буквально держите его жизнь в своих руках. Вы должны взять вверх над этим чувством и воспользоваться мозгами. Вы знаете, что он не умер. Он сказал вам, что вернется. Он послал меня к вам, боясь, что вы можете причинить себе вред. Подумайте - в чем причина. Вы человек, а не животное, воющее при потере своей пары.
Рейвен попыталась осознать то, что он говорит. Она чувствовала себя так, словно оказалась в глубокой яме и не могла из нее выбраться. Она сосредоточилась на каждом его слове, заставляя их проникать в свое сознание. Глубоко вдыхая воздух в свои горящие легкие. Было ли это возможно?
Рейвен смахнула слезы с лица, решительно беря себя в руки. Она была твердо настроена отодвинуть горе в сторону на достаточное расстояние, чтобы впустить здравую мысль. Она могла чувствовать, как это съедает ее, поджидая на грани сознания, чтобы полностью поглотить.
- А почему я не могу ничего ни съесть, ни выпить, кроме воды? - Она потерла виски, не заметив, как тревога прошлась по обветренным чертам священника.
Отец Хаммер прокашлялся.
- Как давно это происходит с вами, мисс Уитни?
Ужасная пустота свернулась в ее желудке, в ее сознании, ожидая возможности вскочить и вновь погрузить в нее свои зубы. Она боролась за контроль над самой собой, и, подняв подбородок, проговорила.
- Рейвен, пожалуйста, называйте меня Рейвен. Кажется, что вы и так знаете обо мне все. - Она постаралась подавить дрожь. Вытянув руки, она уставилась на них, наблюдая, как они дрожат. - Разве это не глупо?
- Пойдемте в мой дом, дитя. Скоро наступит рассвет. Вы можете провести со мной целый день. Я посчитал бы это большой честью.
- Он знал, что это произойдет со мной, не так ли? - Тихо спросила Рейвен, начиная понимать. - Именно поэтому он прислала вас. Он боялся, что я на самом деле могу причинить себе вред.
Эдгар Хаммер медленно выдохнул.
- Я тоже боюсь, дитя. Они не такие, как мы.
- Вот что он пытался сказать мне. Но я не такая как они. Почему это произошло со мной? - Спросила Рейвен. - В этом нет никакого смысла. Почему он думал, что это произойдет?
- Вы прошли с ним через ритуал. Вы его вторая половинка. Свет в его тьме. Один не может жить без другого. Пойдем со мной, Рейвен, вернемся в мой дом. Мы вместе посидим и поговорим о Михаиле, пока он не придет за тобой.
Рейвен колебалась. Но сама мысль побольше узнать о Михаиле была заманчивой. Очень заманчивой.
- Думаю, что сейчас, когда я знаю, что со мной происходит, могу справиться с этим сама. Уже очень поздно, Отец, и я испытываю чувство стыда из-за того, что вам пришлось сидеть здесь на холоде и наблюдать за мной.
Отец Хаммер погладил ее по запястью.
- Какая чепуха, девочка. Я наслаждался этим небольшим поручением. В мои годы, редко кто с нетерпением ожидает необычного. По крайней мере, спуститесь вниз и побудьте со мной немного. Миссис Галвенстейн разожгла в гостиной камин.
