На время он углубился в чтение записей реестра магов Фолганда, вспоминая свои впечатления от тех, кого знал, о некоторых говорил учитель. Иногда выписывал имена, специализацию и адрес на отдельный лист бумаги. Но постоянно держал в голове, что в реестр внесены не все. Те, что жили дальше предместья, а тем более в окраинных городах земель, записаны в местные книги. Придётся рассылать курьеров с запросами, но стоило определиться с направлением, иначе дело затянется. А времени у них не было — теперь Стефан знал точно.
Готовый список магов, которых следовало проверить, Стефан повесил рядом с общей схемой дела. Заниматься магами, естественно, выпадало Фолганду, других вариантов и не предполагалось. Список он запомнил.
Шаун с подозрением продолжал наблюдать за действиями мага.
— Стеф, — осторожно позвал напарника, состояние которого нравилось Шауну всё меньше. — Ты сегодня ел?
— Не помню. Утром, вероятно.
— Может в «Пустую бочку»? Вечер уже.
Маг отрицательно покачал головой.
— Посмотрю тело.
Вслед ему Шаун прокричал:
— Домой лучше иди! На себя уже не похож!
Но Стефан словно и не слышал, настолько был занят перетасовкой фактов и построением логических цепочек. Никогда мозг Фолганда не работал так быстро и эффективно. В этом было какое-то болезненное удовольствие на грани безумия. Физические ресурсы постоянно получали подпитку от невидимого источника, не позволяя появиться усталости. Маг не задумывался, что будет дальше — главное найти преступников и оградить семью от беды.
Тело «номер один», как его Стефан обозначил в карточке, давно перенесли в ледник. Лекарь из управы сделал свою часть работы и составил отчёт. Стефан отчёт прочитал и не нашёл там ничего нового для себя. Повторно осмотреть тело он решил по двум причинам: на месте преступления невозможно увидеть мелкие детали, и маг хотел проверить, как работает его новая сделка.
Не чувствуя холода, обычного для ледника, Стефан обошёл вокруг стола, где лежало тело. Раскрытая рана зияла на спине жертвы. Склонившись, маг исследовал кожу вокруг разреза. Внутри кровь запеклась и в нескольких местах была присыпана белым порошком, смешавшимся с кровью.
Он наклонился ниже, втянул ноздрями запах мёртвого тела, запоминая, создавая мысленный оттиск для собственного архива. Труп пах чужой магией, следами возле трактира Мерла Йорни, плохим табаком, копчёным мясом и чем-то, что названия не имело, но обволакивало опасностью, да такой, отчего свежая печать новой сделки посылала болевой импульс. Похожий импульс он уловил некоторое время назад, краткий, не связанный ни с какими внешними изменениями, что позволило отнести его к Вельде. Понял, что Бельчонок ходит по краю, касаясь опасного. Холодная констатация факта и вывод — быстрее найти способ создания щитов для неё и ребёнка.
Вернулся мыслями к жертве убийства. Много полезных запаховых следов. Это хорошо. Так же он различил множество других запахов, менее выраженных и скорее всего не таких важных.
Обыденным движением провёл пальцами в глубине раны — следы крови и белое вещество остались на руках. Стефан смотрел на собственные руки, не испытывая отвращения, которое было бы логично и объяснимо, и это ему нравилось. Сам вид тела, напоминавший о ритуале и жрецах, больше не задевал болезненными уколами воспоминаний. Только сдержанный интерес. Кристально чистая логика без примеси эмоций. Реакции на магию и восприятие вполне устраивали. Сделка работала. Губы Стефана непроизвольно изогнулись в усмешке, что так напугала Шауна. Теперь ему есть, чем ответить.
Осталась последняя проверка. Фолганд никогда не был особенно брезглив, а сейчас и вовсе забыл это слово. Не раздумывая, медленно, впитывая каждый оттенок вкуса, он провёл языком по пальцам. Мозг мгновенно отсортировал нужную информацию — два вида крови в ране, одна приятно сладкая, вторая отдаёт спиртным и третий оттенок, вкус опасности. Опять опасность, которая каким-то образом связана с белой пылью.
Довольный, он вернулся в кабинет, чтобы внести новые данные в карточки схемы. Шаун поднял голову от отчётов младших служащих.
— Осмотр прошёл успешно?
— Весьма, — коротко ответил Стефан.
Слова сейчас давались нелегко, так как требовали дополнительной энергии, которую он предпочитал тратить на размышления. Да и не хотелось говорить, только думать, создавать ментальные конструкции.
Теперь можно и домой, где он сядет в лаборатории, зароется в бумаги старого Бертрана, чтобы найти сведения о спутницах магов, совместных защитных ритуалах. О сне Стефан не думал. Возможно, съел бы немного мяса — мозг нуждался в подпитке — сырого, с кровью. От мысли о куске мяса, внутри всё задрожало в предвкушении.
«И снова я становлюсь чудовищем», — подумал маг, без сожаления или грусти. Фолганд знал, что так надо. Они вступили в битву, а на войне все средства сгодятся. За его спиной Бельчонок, ребёнок, брат, все земли Фолганда. Как и прежде. Как было всегда.