Темный Шанхай полностью

Первый человек, которого я встретил, сойдя с корабля на пристань Шанхая, был Билл МакГлори с «Голландца». Я должен был понять, что это дурной знак, ведь от этого громилы жди больше трудностей, чем от китайской головоломки.

— Ну, Стив, как позабавимся, побьем пару легавых или устроим драку в кабаке? — спросил он.

— Это потом. Первое, что я сделаю, пойду дам в нос Тузу Барлоу. Когда я был в порту шесть месяцев назад, мне в грог подмешали наркотик и обокрали. Потом я узнал, что это был он.

— Хорошо, — сказал Билл. — Я тоже не люблю Туза. Я пойду с тобой и прослежу, чтобы все было как надо.

Мы пошли к Салуну «Три Дракона». Туз вылез из-за бара и, скалясь как крокодил, высунул вперед руку со словами:

— Так-так, это же Стив Костиган и Билл МакГлори! Рад тебя видеть, Костиган.

— И я рад тебя видеть, ты хитрый хорек, — сказал я и дал ему по носу правой. Он грохнулся на бар так тяжко, что стены затряслись. С полки ему на голову упал бутыль, и я подумал, Билл МакГлори лопнет от смеха.

Большая Бесс, подружка Туза, завыла как пароходный свисток.

— Ты злодей! — вопила она. — Ты убил Туза. Убирайся, ты изуверский сын скунса!

Не знаю, каким ножом она блеснула, но мы с Биллом и так ушли. Мы бродили по прибрежной части города большую часть дня и только-только забыли про Туза, когда как снег на голову он явился опять. Мы играли в рулетку в «Храме Удачи» Инь Сонг, и естественно проигрывали все что имели, включая рубашки, и тут кто-то потрепал меня за плечо. Я обернулся, и это был Туз. Я, было, замахнулся правой, но он сказал:

— Тихо, ты тупица — я хочу поговорить с тобой о деле.

С кожей, ссаженной на носу, и чернотой вокруг обоих глаз он выглядел очень смешно.

— Держу пари, ты вытер нос — никогда не делай этого после тумака.

— Я здесь не для того, чтобы обсуждать свою внешность, — сказал он с досадой. — Пойдем, поговорим туда, где нас не подслушают.

— Сходим в переулок? — спросил я. — Сколько у тебя там головорезов с дубинками?

В этот момент Билл, проиграв последний десятицентовик, повернулся, и, глянув на Туза, спросил:

— Одного удара по роже не хватило?

— Слушайте, морды, — сказал Туз, размахивая руками, как обычно, когда волновался, — я знаю, как сделать для нас всех уйму денег, а вы, болваны, стоите тут остроумничаете.

— Ты устроишь так, что мы сделаем деньги, а? — фыркнул я. — Я может и тупой, Туз Барлоу, но не настолько. Ты нам не друг.

— Нет! — завыл он. — Я вас презираю! В ящике Дэйва Джонса видел я вас обоих! Но я никогда не позволяю чувствам мешать бизнесу, а вы два олуха единственные мужики в Шанхае, у кого кишка не тонка для дела, которое я задумал.

Я посмотрел на Билла. Он взглянул на меня, и сказал:

— Туз, я тебе верю, как гремучей змее, но веди. Это были самые честные слова, которые я когда-либо от тебя слышал.

Туз жестом позвал нас за собой, и вывел из «Храма Удачи» за свой магазинчик спиртного, который был не очень далеко. Когда мы присели, он налил нам какого-то ликера, принял немного сам, чтобы показать, что пить можно, и сказал:

— Вы остолопы когда-нибудь слышали о Джоне Бейне?

— Неа, — сказал я, а Билл нахмурился, — Кажется, я слышал, по крайней мере, имя…

— Так вот, — сказал Туз, — он эксцентричный миллионер, и он здесь в Шанхае. У него сестра еще маленькая, Катрин, которую он очень любит…

— Я понял, — рявкнул я, приподнимаясь и засовывая бутылку с ликером в боковой карман. — Довольно, дамочек мы для тебя похищать не будем. Пшли, Билл.

— Это грязное оскорбление! — возопил Туз. — По-вашему я так низко опустился, что похитил бы белую женщину?

— Для тебя это не низко, — усмехнулся Билл. — Это был бы шаг наверх.

— Сядь, Костиган, — сказал Туз, — и поставь назад эту бутылку, если только у тебя нет денег, чтоб заплатить за неё… Ребята, вы меня не правильно поняли. Девчонку уже похитили, и Бейн теперь с ума сходит.

— Почему он не пошел в полицию? — спросил я.

— Он ходил, — сказал Туз, — но когда это полиция могла найти девушку, которую похитили китайцы? Они сделали что могли, но не нашли ничего. А теперь, парни, слушайте, раз уж пришли. Я знаю, где девчонка!

— Даа? — сказали мы, заинтересованно, хоть до конца и не верили ему.

— Думаю, я единственный белый в Шанхае, кто знает, — сказал он. — Теперь вопрос: вы, мордовороты, готовы рискнуть?

— Чем? — спросили мы.

— Тремя тысячами долларов в награду от Джона Бейна за возвращение его сестры, — сказал Туз. — Слушайте, я знаю того здорового китайца, который однажды вечером похитил её из рикши загородом. Он держит её в своем доме, выжидая возможность отправить в глушь к своим дружкам; так им будет удобнее вытянуть большой выкуп из Джона Бейна, ясно? Но у него пока не было возможности её переправить. Она всё ещё в его доме. Но если я скажу полиции, они бросятся туда и сами получат награду. Так что всё, что вам ребята надо сделать, это пойти забрать её, и мы поделим награду на троих.

— Да уж, — едко сказал Билл, — нам-то глотки перережут, в случае чего. А что ты будешь делать?