Вильям с опаской осмотрелся и поспешил за ним.
Они долго петляли по каким-то кривым туннелям, пока не вышли к огромному озеру, расположенному прямо в скале. Там действительно был водопад.
— И это ты называешь «небольшим» водопадом? — Вильям заморгал, прикидывая высоту, с которой падала вода.
— Поверь, он на самом деле небольшой. Всего шесть метров, — Тартас неожиданно взял его за руку и повел по узкой тропе вниз.
Когда спустились, он отпустил Вильяма и отошел в сторону, отворачиваясь.
— Можешь мыться, — произнес как-то сдавленно.
Вильям только снял с себя ботинки с носками. Потом и их постирает. Спрыгнул в воду. Было мелко, по колено. Вильям дошагал до водопада и подставил лицо под струи воды.
Блаженство.
Рядом кто-то оказался. Вильям повернул голову и увидел Тартаса. Он тоже вошел в водопад. И тоже одетым. Равнериец очень близко подошел к нему. Ничего не говоря, он наклонился и поцеловал его.
Вильям пропал. Он ясно и отчетливо это понял в тот же миг.
Они сидели голыми у костра. Вильям опирался спиной о горячую грудь Тартаса и в прямом смысле нежился в объятиях равнерийца. Тартас то и дело зарывался носом в его волосы и осыпал поцелуями то шею, то подбородок, то губы. И тогда Вильям с жадностью ему отвечал, чтобы секунды спустя стыдливо спрятать лицо с навечно закрытым веком.
Их роман длился уже два месяца, и в деревне стали ходить слухи, что не только Око связалась с жителем гор, но и Вильям.
— Я слышал, что примерно в тридцати километрах от Вентерона в лесах есть поселение, — произнес Тартас, в очередной раз прижав подбородок к темени Вильяма. — Там живут и эфонцы, и люди. Вместе. По ночам я вижу огни к Западу отсюда. Возможно, это и есть то поселение?
— Хочешь уйти туда? — тихо спросил Вильям.
— Только если ты пойдешь со мной, — ответил он.
— Я пойду, — прошептал Вильям.
— Око беременна. Она тебе говорила?
— Нет, — покачал головой Вильям.
— Они с Доном собираются уходить. Думаю, и мы можем двинуться с ними.
— Когда? — Вильям тяжело вздохнул.
— Через неделю.
— Значит, через неделю, — кивнул он.
Тартас прижался щекой к щеке Вильяма и долго смотрел на огонь костра.
— Ты веришь, что люди могут родиться изначально связанными друг с другом незримыми нитями? — наконец, озвучил он свои мысли. — И как бы не складывалась их жизнь, они все равно находят друг друга?
— Ты у нас шаман, — улыбнулся Вильям. — Тебе виднее, какими нитями мы связаны.
Тартас провел носом по короткой щетине Вильяма и прошептал:
— Очень прочными.