Вырвавшись на свежий воздух, все путники упали на уже начинавшую желтеть траву, все еще не веря, что им, наконец-то, удалось выбраться из города. Над Ардосом начинала подниматься утренняя заря.
— Что мне передать Флаю? — Когда достаточно отдышавшись, спросил, поднявшись на ноги хайтер.
— Передай, что Джемай уже не тот, кем был раньше, — произнесла Райна и откинулась на траву.
Хайтер постояв несколько мгновений, направился к южным воротам. Слова Райны сильно озадачили его, но переспрашивать он не стал.
Через несколько часов, когда Елизар пришел немного в себя, и с трудом поднялся, вся четверка направилась вглубь леса в поисках источника воды, чтобы застирать испачкавшиеся в нечистотах одежды и отмыться от въевшегося запаха.
Найдя небольшую лесную речушку, которая медленно несла свои воды между двух пологих берегов, густо поросших кустарником, путники привели себя в человеческий вид. Елизар, шатаясь от кровопотери, с трудом держался на ногах.
Рамир восстановил силы и теперь, практически ничего не напоминало в нем того изможденного, иссеченного плетьми дино. Исчезнув, не надолго в лесной чаще, он вскоре вернулся с небольшой тушей животного, похожего на оленя. Приготовив ужин на огне, все принялись уминать горячее мясо, запивая пресной водой, набранной в этой же речушке.
— Почему Император отпустил нас? — Недоумевал Айдариэл, — ведь он хотел казнить дино.
— Это был не Император, — тихо произнесла Райна. — Это были Владыки.
— Темные? — Казалось, удивлению древлянина не было границ.
— Да, — коротко кивнула амадина.
— Но как они оказались в Ардосе? Вне стен храма?
— Обряд инициации, который совершил жрец. Теперь телом Джемая распоряжаются Талос и Сатар.
— Но почему они раньше не могли совершить этого? — Недоумевал Айдариэл.
— Потому что они ждали его, — Райна кивнула в сторону Елизара, лежащего возле костра с закрытыми глазами.
Айдариэл немного помолчал, переваривая новую информацию, а затем, поднявшись, занялся Елизаром. Насобирав в лесу необходимых кореньев и трав, он приготовил отвар и мазь, для лечения ран.
— Нас могут тут обнаружить, — Рамир сидел возле костра и наблюдал за языками пламени.
— Да, надо уходить. — Согласно кивнула Райна.
— Пока он не окрепнет, его опасно перемещать. Н забывайте, что здесь в этом мире он очень слаб. — Возразил Айдариэл.
— Я возьму его на руки, — ответил Рамир.
Над поляной воцарилась тишина. Слышно было, как потрескивают дрова, пожираемые огнем в костре.
Елизар тяжело дышал, периодически приходя в себя и вновь проваливаясь в беспамятство. Рана на руке загноилась. К вечеру у Елизара начался жар. Райна тревожно смотрела на него, смачивая тряпку в воде и вытирая ею воспаленный лоб парня, покрытый испариной.
Когда над поляной сгустились сумерки, Райна поднялась с места и ушла в чащу леса. Айдариэл проводил ее взглядом, переглянувшись с Рамиром. Жар у Елизара не спадал. Ему становилось хуже.
Райна, выбрав место под огромным деревом с раскидистой кроной, вынула короткий клинок и принялась чертить руны. Затем она сделала надрез на запястье и, окропив руны своей кровью, принялась читать не то молитву, не то заклинание.
Руны, замерцав ровным фиолетовым светом, пришли в движение и начали складываться в различные слова, расходясь в обратном порядке и складываясь вновь. Вскоре глаза девушки замерцали фиолетовым светом, а в следующее мгновение она распласталась без сознания на земле.
Перед Таласом и Сатаром в тронном зале Ардоса стоял фантом амадины.
— Что ты хочешь? — Спросили Темные.
— Елизар очень плох. Он может не увидеть следующего рассвета, — произнесла, склонившись Райна.
— Хорошо, мы услышали тебя амадина. — Император сделал жест рукой и фантом девушки исчез.
Елизар метался в бреду. Все тело било мелкой дрожью и знобило. Внезапно он почувствовал невесомость и, открыв глаза, вновь увидел себя среди знакомого пейзажа. Над ним было багровое небо, по которому, словно по огромной бескрайней реке плыли тяжелые облака.
В нос ударил запах серы. А до слуха донеслись раскаты извергающихся вдалеке вулканов. Мощные глыбы породы извергались из жерла, разлетаясь на десятки лег вокруг. Лавовые реки стекали вниз по склонам, выжигая и без того мертвую землю.
Елизар осмотрелся и обнаружил стоящим себя возле уже знакомой ему рощи, с желтой и оранжевой листвой.
— Здравствуй Елизар, — услышал он позади себя знакомый голос и, обернувшись, увидел двух братьев Таласа и Сатара. Те стояли чуть позади него и пристальными взглядами сверлили Евгения.
Полноводная горная река, несла свои воды, прокладывая себе дорогу сквозь скальные породы. Беря свое начало высоко в горах у тающих ледников, небольшой ручей впитывал в себя другие маленькие ручейки, которые вместе превращались в более серьезный водный поток, образующий местами многоступенчатые каскады водопадов.