Темный целитель. Книга 1 полностью

— Конни, ты ведь не хочешь причинить им вред, — голос демонова демона раздался на границе сознания, — Успокойся.

— Прочь из моей головы! И я спокойна! — но он прав, мне надо взять себя в руки. Кругом плясали вспышки, как там их Курц назвал, кристальной ярости.

Мы двинулись в путь. А я старалась успокоиться. Но в чем же подвох? Я его чувствую уже давно. Сначала мне казалось, что это Курц что-то замышляет. Нет, в его дела я не лезу. Они его. По отношению ко мне у него нет ни одного плохого намерения. Подвох в ситуации? В чем? Рон? Что еще я не так поняла? Он не солгал, я уверена, ни в чем не солгал. Но и подал все так, как ему было надо. 'Истина где-то рядом'. Очень точное замечание. Ищи, Конни. Ищи. Но спокойнее.

Интересно, почему мне приходят умные мысли в голову, только когда я злюсь. Демоническая кровь? Может, потому ярость и называют кристальной, что от нее прочищает мозги?

Сейчас Рон стремится уничтожить чужака. Защищает мир? Или свою власть? Или и то, и другое? А в чем его власть? Явного вмешательства в дела населенного мира СакКарра-Ши не производят. Почитания и жертв не требуют. Даже знают о них немногие. Так что же?

Ярость Конни леденила кровь. Была ощущаемой. Мы молча продвигались вперед. Но эта ее идея! Как можно такое придумать? Да, Нельм бы не возражал. Его душе вреда не будет. Но не похоронить погибшего соратника, если есть такая возможность… Дико. Да и сама идея. Ведь если продолжить в таком духе, то… Кажется, она уже упокоилась.

— Конни, никак не могу понять, как тебе пришла в голову сама мысль сотворить такое.

— Да никак. Это не мое изобретение.

— То есть?

— Там, откуда я родом, это давно применяется в войнах, — голос звучал глухо, — Еще древние кочевники использовали: отравить колодец врага, отравить его пищу. Позже методы стали более продвинутыми: поставить соседу даже не сам хлеб, а еще только зерна на посев. Как удобно. Враг сам и вырастит, и сожнет, и испечет, и съест, а через лет 20–30 приходи и бери голыми руками территорию.

— Почему через 20–30 лет? — что же за место такое страшное?

— А чтобы мировая общественность не возмущалась. Пшеница не должна быть явно отравлена, просто немного модифицирована на генном уровне. Чтобы понемногу, по чуть-чуть подточила население соседа. А мы потом придем, все в белом и на коне, на помощь. И захватим под шумок. Извини, Курц, я немного переборщила. Это просто теория, которая не доказана. Писатели с пшеничкой постарались. Но сама идея, да. Реальная.

— Но это…

— Подло? Жестоко? Недопустимо? Но это есть.

Я пытался сопоставить Конни и такой мир.

— Конни, ты говорила, что в твоем мире живут только люди, — о, вот и Рон молча нарисовался.

— Так и есть.

— Но творить такое?

— А что тебе не нравится? У нас и не такое творят, — я пожала плечами. Да, читая краткое изложение истории этого мира, я не видела войн на полное уничтожение противника. На тотальную зачистку. Ни орки с эльфами в далекую пору до прихода демона (эти скорее делили территорию), ни с темными эльфами (да, на материк их не пустили, но этим обрекли на неприятную, непривычную, но все же жизнь), ни люди между собой, ни с гномами. Воевали за земли, власть, ресурсы, за что угодно. Но не на полное уничтожение.

— Не понимаю.

— Рон, ты вроде демон, или только прикидываешься?

— Демон. Но в чем смысл такого? Что потом?