Буат сидел за столом и смотрел на посетителя с высокомерием аристократа. В отличие от Иварла, всегда державшего свой стол в порядке, новый хозяин раскидал перед собой какие-то бумаги и свитки с юридическими документами. Словно в подтверждение преемственности в кабинете присутствовала и Нанитта, сидевшая на широком бархатном диванчике сбоку от стола. Поверх прозрачного платья сегодня на ней был надет какой-то странный корсет из кожаных лент, казавшийся ужасно тесным. Нанитта бросила на Эдеарда равнодушный взгляд, оставив свои мысли полностью закрытыми.
Эдеард воспользовался третьей рукой и притворил за собой дверь.
– Это мой первый и последний визит, – сказал он, намеренно игнорируя Нанитту. Ему показалось, что на скуле у нее темнел кровоподтек, но при скудном освещении не мог сказать уверенно. – По крайней мере,
Буат взял со стола серебряный стилет и начал рассеянно вертеть его в руке.
– Так что же это за визит, Идущий-по-Воде?
– Дружеский.
– Вот как? Какая же между нами может быть дружба?
– Недолгая.
Буат рассмеялся.
– Теперь я понимаю, почему мой бедный усопший брат ценил такого противника, как ты.
– Не припомню, чтобы видел тебя на его похоронах.
– У меня были дела в провинции. Я вернулся в Маккатран сразу, как только услышал печальные вести.
– Тебе известно, кто его убил?
– Я думал, что он утонул.
– Нет. Он был мертв задолго до того, как попал в воду. И умер от пыток.
– Ужасно. Я верю, что ты ищешь преступников.
– Это одна из причин, по которой я здесь.
– Ага. Интересно.
– Ты слышал, что Грандмастер Финитан выставил свою кандидатуру на пост мэра?
– Сегодня вечером здесь все только об этом и говорили.
– Его кампания будет основываться на идее высылки бандитов из города.
– Да, я это слышал. Боюсь, моего голоса он не получит. От такой политики пострадают многие из моих друзей.
– Вот потому ты и должен их увести.
Напускное равнодушие на мгновение изменило Буату.
– Извини?
– Я хочу, чтобы ты ушел. Покинул город. Забирай с собой своих коллег и партнеров по бизнесу, своих помощников забирай тоже. Так ты сможешь сохранить большую часть своих денег и прекрасно устроиться в провинции.
– Обычно я смеюсь, услышав подобный абсурд, но вижу, что ты говоришь серьезно.
– В ближайшие несколько месяцев пострадают многие люди. Кто-то погибнет. Ты можешь этого избежать. Подумай о моем предложении как о воззвании к лучшей стороне твоей сущности.
– А ты думаешь, она у меня есть?
– Я думаю, что ты умнее своего покойного брата. Он был просто зазнавшимся головорезом, ловившим мелкую рыбешку при помощи грубой силы. А когда на его месте появился ты, я увидел, что ситуация меняется. Теперь банды нацеливаются на купцов и более крупный бизнес. Ты стараешься интегрироваться в экономику города и оградить себя от юридического преследования. А это требует более методичного ума. – Третьей рукой Эдеард схватил со стола целую кипу бумаг и рассыпал их по полу. Нанитта изогнулась, подбирая листы, упавшие на нее и на диван. – Ума, не боящегося бумажной работы.
Буат уронил на стол стилет и неодобрительно покачал головой.
– Прошу тебя, не делай так больше.
Остатки бумаг Эдеард подбросил к самому потолку.
– Ума, разбирающегося в законах, – продолжал он. – А я в последнее время невзлюбил юристов.
– Я представления не имею, о чем ты говоришь. Я не собираюсь обзаводиться новым бизнесом. «Дом голубых лепестков» приносит неплохой доход.
Эдеард услышал топот тяжелых ботинок за дверью в коридоре. Он наклонил голову набок и выжидающе посмотрел на Буата.
– Босс! – раздался громкий вопль из коридора.
Дверь распахнулась. В кабинет вбежал запыхавшийся Медат. С его промокшего плаща на лакированный пол потекла вода.
– Босс! Босс! Там был Идущий-по-Воде. Он застукал нас с Рапсайлем и… А-а-а!
Медат в ужасе отшатнулся назад, так что чуть не упал. Выпучив глаза, он схватился за грудь и судорожно втянул воздух. Буат при виде своего громилы буквально затрясся от ярости.
Эдеард довольно усмехнулся.
– Время в нашем деле играет важнейшую роль, ты не находишь?
– Ты не можешь быть здесь, – закричал Медат. – Ты остался там. – Его палец бессмысленно ткнул в окно. – Я бежал… Босс?
– Заткнись.
Эдеард погасил улыбку.
– Покинь город. Забери с собой этого кретина вместе с остальными. Тебе не победить. Не победить меня.
Буат поднялся со своего кресла и уперся ладонями в стол.
– Ты ничего не понимаешь. Убирайся обратно в свою деревню, мальчишка, пока не пострадал кто-нибудь, кто тебе дорог. Этот город – не для тебя.
Они молча смотрели друг другу в лицо, и в кабинете слышалось только тяжелое дыхание Буата.
– Маккатран уже мой, – сказал Эдеард. – Ты не имеешь представления, на что я способен.
Он повернулся и шагнул к двери.
– Ты такой же слабый, как мой брат, – бросил ему вслед Буат. – В следующий раз жертвой похищения станет не Мирната.
