Беппе Ломеллини — управляющий совладелец телефорума Infernollam — будучи немного перфекцонистом, любил когда участники эфира сбалансированы. Так, он сам в смысле комплекции, некрупный и кругленький дядька средних лет уравновешивал умеренно-спортивно сложенного Гастона Перрена — председателя 7-го Комитета ООН (Главного Комитета по Контактизации интерстелларных культур, ГККИК). Дальше за студийным столом: Кветка Млинарж, напоминающая фотогеничную пловчиху из университетской сборной и Ленка Смолик, которая могла танцевать в хип-хоп клубе этого университета. Опять взаимное уравновешивание. Беппе энергично потер руки и поправил микрофон.
— Привет, Италия! Привет, Еврафрика! Привет галактика! Сегодня на нашей студийной адской сковородке будет не брейн-баттл, а брейн-штурм. Поскольку, во-первых, как вы заметили, я сегодня заменяю нашу очаровательную ведущую Габи Витали. Во-вторых, совершилась позитивная и давно ожидаемая перемена в верхушке 7-го Комитета ООН. Теперь там дирижирует доктор Перрен. Кстати как насчет: отбросить формальности?
— Да, давай, Беппе, — тут Перрен дружелюбно улыбнулся.
— Отлично, Гастон! А что скажут две прекрасные леди-фриланс из MOXXI?
Кветка и Ленка не выглядели персонажами, которым придет в голову возражать против отбрасывания формальностей. Обе в джинсовых шортах и ярких кроп-топах. На Кветке кроп-топ огненной расцветки с изображением бульдозера Химейера. На Ленке — черно-желто-красно-зеленый с портретом Боба Марли. Так что жанр был согласован и Беппе перешел к сути брейн-штурма.
— Друзья! Перед нами эпический челлендж! Как навести мост через каньон между ясно выраженным желанием миллионов людей лично участвовать в 3-й Космической эре — и научной сложностью астронавтики? Сверхбогатые индивиды, от которых пошла такая, скажем прямо: мода, могут нанять консультантов, но как поступить простым ребятам с пустыми карманами? Второй вопрос: как участвовать, если карманы пустые? И третий вопрос: как противостоять контрмоде, построенной на тезисе, будто модное увлечение космосом и вертикальным прогрессом губительно для человечества? Что возразить тем философам, которые ввели в оборот словечко «Кали-модерн», от термина Кали-Юга из ведической религии? Как победить страх, толкающий людей в якобы уютный регресс?
Ответом ему была тишина. Никто из участников не вызвался ответить первым. Беппе с немалой выразительностью изобразил глубочайшее изумление. …Ого! Похоже, мои вопросы оказались круче, чем у сфинкса на Фиванской дороге. Ну, значит, включаем нашу машинку судьбы… Ломеллини нажал большую красную кнопку (как в мультиках про атомную войну) и на огромном студийном мониторе появилась заставка в виде тасуемых фото. Выпало фото Кветки Млинарж. Та хмыкнула, хищно улыбнулась, резко поднялась из-за стола, слегка поправила свои пшеничные волосы (в чем вообще не было смысла при ее стрижке «под горшочек») и шагнула к микрофону в центре студии. В этом перемещении тоже не было смысла – такие же микрофоны стояли на столе, но кому-то удобнее выступать вот так.
— Судьба значит судьба, — сказала она, и энергично потянулась, — получив приглашение сюда, мы с Ленкой так составили маршрут, чтобы посетить ряд друзей и коллег, заодно посмотрев, чем старушка Европа. Из Южной Моравии мы покатили через Германию и Францию. Крюк изрядный, зато познавательный. Мы не торопились, у нас была целая неделя на тысячу миль, и потому не стало сложностью заметить кое-что из того, о чем спросил тут Беппе, изображая фиванского сфинкса. Главное что мы увидели везде или почти везде по дороге: война с феями.
— С кем — с кем война? – изумился Ломеллини.
Кветка снова изобразила дружелюбно-хищную улыбку.
— С феями. Это почти невидимые тетки с волшебными палочками, которые производят товары народного потребления вне официального финансово-экономического цикла. В сказках это даром, в жизни — по демпинговой цене, но так или иначе выходит война.
— Ты о нелегальных големах? – предположил Ломеллини, и тогда Ленка подала голос с места, не вставая:
— Феи, големы… Какая разница, Беппе? У нас что, диспут о фольклорном нейминге?
— По сути, — добавил Гастон Перрен, — речь идет о вертолетных товарах.
— О каких – каких товарах? – снова изумился ведущий.
— Это из троллинга гуру Талвица в отношении идеи вертолетных денег Фридмана, — не моргнув глазом, пояснил председатель 7-го Комитета.
— Ага! — Ломеллини щелкнул пальцами, — Это особый трюк монетаристов, когда деньги сыплются с вертолета, люди подбирают их, покупают товары и оживляют рынок.
