— Да. Кстати, это давно известно. Ты сама цитировала Оруэлла. У Оруэлла даны только предпосылки, но по ним несложно сделать выводы. У общества так или иначе появится сообразная структура, иная чем лестница иерархии между нищетой и сверхбогатством. Элита может успеть сделать это, если же не успеет, то это сделают силы неравновесной термодинамики, и тогда элита удивительно быстро превратится в дым из трубы.
— Подожди, Вальтер, ты хочешь сказать, что Оруэлл ошибался? Что иерархия могла бы существовать без нищеты внизу лестницы?
— Да. Например, иерархия шоуменов разных уровней популярности.
— Это явно другое! — возразила Габи.
— Ты так уверена? — иронично поинтересовалась Кристина.
— Э-э… Гм… После твоего вопроса я уже не так уверена.
— О! Ты всего лишь не так уверена? Маловато для выпускницы Сорбонны. Неужели там будущие журналисты не изучают историю PR Красной весны в Париже?
— Блин! — Габи хлопнула себя ладонью по лбу, — Ги Дебор, Общество спектакля! У меня сейчас уши сгорят от стыда, что я забыла! Ну, точно! Власть в обществе материального благополучия это не более чем шоу! И это устраивает всех, кроме нищих. Значит, если нищих нет, то это устраивает всех… Но…
На лице ее отразились серьезные сомнения. После паузы она договорила: … — Согласится ли элита на роль шоуменов, конкурирующих за любопытство плебса?
— Одни согласятся, — сказал генерал, — ведь это хороший вариант, свидетельством чему являются номинальные монархии с номинальными аристократиями. То самое шоу.
— Ладно. Допустим, одни согласятся. А другие?
— А для других есть выход через трубу.
— Ладно, — она кивнула, — допустим, это произойдет. Элита станет артистами шоу. Но, в таком случае, у кого будет реальная политическая власть?
— Ни у кого. Обществу изобилия не нужны институты политической власти.
— Как не нужны? — удивилась журналистка.
— Никак, — предельно кратко пояснил он.
…
СЕНТЯБРЬ 12 года Каимитиро
33. Ремесло межпланетных рудокопов – теперь по-настоящему
Первое правило пребывания на иной планете: сразу реагировать на что бы то ни было в случае, если оно в чем-либо выглядит странно или просто не так, как в прошлый раз. К поведению коллег это тоже относится. Поэтому Олли Лорти отреагировал на вроде бы безобидное обстоятельство: Ларс Моллен более пяти минут стоял неподвижно на краю горной выработки. Практических причин для этого не было, смотреть там не на что. По существу обыкновенный карьер размером с олимпийский стадион… Эта ассоциация не случайная, поскольку геометрия похожа: те же ярусы, спускающиеся к арене. Так вот: в церерианском реголите – силикатной породе типа земной глины, очень мокрой, точнее смешанной с замерзшим рассолом – пришлось вырыть карьер, чтобы добраться до слоя достаточно чистого льда (к которому уже можно применять ледяной бур). Как сказано выше, смотреть там не на что: лишь ярусы из промороженной глины и грязная ледовая арена внизу (снова ассоциация со стадионом!). Однако, Ларс смотрел долго, не сходя с места. Это было странно и могло означать, что с ним не все в порядке. Олли объявил в микрофон, включив общее оповещение: «я прыгну и гляну как дела у Ларса, на всякий случай». Затем он прикинул дистанцию и аккуратно, с паузами, выполнил полдюжины прыжков, каждому из которых на Земле позавидовал бы гигантский кенгуру. Но тут, на Церере, с гравитацией 1/36 земной, это было несложно даже в скафандре… На финише последнего прыжка, Олли затормозил в нескольких метрах от Ларса. Тот повернулся.
— Алло, парень, с чего ты поднял аларм?
— Ну, ты как-то странно тут завис, — пояснил Олли, — а первое правило учит, что…
— …Да, ты прав, — согласился ветеран гренландской экстренной службы, — мне точно не следовало предаваться эстетической и экологической созерцательной медитации.
— Чему-чему предаваться? – удивленно переспросил Олли.
— Насвинячили мы ужас, как, — пояснил Ларс, — была аккуратная долина, а теперь прямо посредине такой вот свинорой.
…Рядом, вроде бы, едва ощутимо вздрогнул грунт (загадочный феномен обостренного тактильного восприятия на Церере). В двух шагах от беседующих финишировала после превосходного прыжка Инге Моллен.
— Что за фигня случилось? — спросила она, в общем-то, для проформы (в режиме общего оповещения), поскольку визуально сходу определила: никакая фигня не случилась, это обычная маленькая нормальная непредсказуемость эмоциональных реакций человека.
— Все ОК, без аварийных предпосылок, — рефлекторно ответил Ларс.
— Просто, — добавил Олли, — возникла идея учредить Движение Эстетической Экологии Цереры. Ну, чтобы не слишком портить очарование здешней природы.
— Очарование? — скептически переспросила Инге, окинув взглядом ландшафт, хаотично заполненный угловатыми серыми скалами из реголита, где-то с вкраплениями льда и с розовато-белыми как бы игольчатыми островками соли, — Такого очарования на Земле внутри полярных кругов чуть больше чем до фига.
