Тень богов полностью

Это оказалась нить паутины, толщиной с палец Эльвар. Она тянулась от гнилого, дуплистого ствола сосны к ветвям вверху. Эльвар проследила за тем, как нить паутины поднимается и вливается в спиральную сеть, широко раскинувшуюся в древесной кроне, с которой свисали темные остовы. Крысы. Ворон. Сосновая куница размером с кошку.

Морозные пауки.

Эльвар сбросила щит со спины и сжала рукоятку в кулаке, не замедляя бега, свистнула, привлекая внимание Гренда и Бьорра и указала вверх острием копья.

«Нас тут слишком много, чтобы пауки напали», – подумала Эльвар, но продолжала внимательно оглядывать ветви над головой, на всякий случай. Она как-то видела, на что способен яд морозного паука: он замораживал кровь в венах и останавливал сердце.

На ее голову и плечи падали снежинки размером с листья, снег заглушал звуки леса. Гренд темной тенью мелькал справа, Бьорр шел медленнее, пробираясь по снегу и камням по берегу ручья, который становился все более глубоким и бурным, а по поверхности потока завивались бурунчики пены. Лесной полог над водой был тоньше, поэтому снег здесь падал сильнее и путь Бьорра был более сложным и скользким.

Это должно научить его, каково бегать за мной. Хотя, пожалуй, у него кишка не тонка – раз он готов навлечь на себя гнев Гренда.

Эльвар обернулась и увидела на тропе у себя за спиной трэлла, который бежал, прихрамывая, а вслед за ним тащился Сайват, пыхтя, словно кузнечные мехи.

В лесу послышался далекий звук: непрерывное шипение, словно кто-то разозлил кота. Он становился все громче и громче. Может, водопад? Что бы это ни было, Эльвар приближалась к нему, ее легкие и ноги начинали гореть от усилий, и тут лес пронзил новый звук. Оглушительный рев поглотил все остальные звуки, в том числе шум водопада. «Тролль», – сказала она, пытаясь предупредить Гренда и Бьорра, но изо рта ее вырвался не предостерегающий крик, а какой-то скрежет. Впрочем, в предупреждениях не было нужды: ее спутники тоже услышали тролля и поняли, кто это, судя по тому, как они замедлили шаг и перестали вглядываться в лес впереди, переведя глаза на Эльвар.

Она еще не могла разглядеть врага, но подняла копье, чтобы предупредить Сайвата об опасности, и побежала дальше – хотя и осторожнее, чем раньше.

Тропа круто пошла вверх, потом выровнялась, и Эльвар оказалась на заснеженном плато. Деревья вокруг поредели, и она заморгала, привыкая к свету. Поток расплавленного огня низвергался с гранитного утеса, подобно водопаду с ревом и шипением, каскадом опускаясь в бассейн с расплавленной лавой, которая бурлила и клокотала. Снег падал в него, шипел и таял, поднимаясь в воздух клубящимся туманом.

На восточном краю огненного бассейна стояли двое, женщина и ребенок, так близко к лаве, насколько было возможно выдержать волны жара, идущие от расплавленного камня. А между ними и Эльвар было еще двое, один выше другого.

Тролль и человек. Они сражались.

Мужчина, закутанный в мех, был широк в плечах и с густой бородой. Голова его находилась примерно на одном уровне с брюхом тролля. Он крепко сжимал копье в обеих руках, наносил удары и уворачивался, когда тролль замахивался дубиной из сучковатого дерева, утыканной железными шипами, каждый по длине как предплечье Эльвар. Когда дубина врезалась в землю, дерн будто взорвался; в этот момент мужчина отпрыгнул в сторону, упал, перекатился, поднялся на ноги, шатаясь, и вонзил копье в ногу тролля.

– МОЁ! – оглушительно взвыл тролль, и его крик заглушил даже шум от горящего водопада, низвергающегося в бассейн лавы.

Гренд шагнул поближе к Эльвар, а Бьорр просто стоял и глазел на драку.

Сбоку к Эльвар подскочил трэлл, и раздалось звяканье цепи: Сайват с красными от спешки щеками поднялся по склону и выбрался на плато, обливаясь потом. Он тут же сбросил с плеча на снег мешок, который тащил всю дорогу: изнутри раздался лязг металла.

Агнар и другие воины вышли из-за деревьев и растянулись широким полукругом позади Эльвар.

Тролль был совсем голый. Молодой самец, если судить по острым, коротеньким рогам, торчащим из массивного, поросшего мхом черепа, и раздутым яичкам, раскачивающимся туда-сюда, будто камни в мешке. Из нижней челюсти торчали клыки, ноги тролля были толстыми, словно молодые сосны, а чешуйчатая кожа покрыта лишайником.

– МОЁ! – снова проревел он.

– Ну уж нет, тот человек мой, – зарычал Агнар, хотя Эльвар точно знала: тролль имел в виду землю. Свою территорию.

– МОЁ! – брызжа слюной, тролль продолжал реветь. Глаза и вены его вздулись от ярости, монстр снова взмахнул дубиной, человек отшатнулся, и оружие с хрустом врезалось в дерево. Раздался треск: сила удара вырвала корни из земли, дерево покачнулось и упало. Железные шипы застряли в стволе, тролля повело вслед за деревом, и мужчина быстро шагнул вперед и ударил копьем, прочертив красную линию по ребрам врага.

С воплем боли тролль рванул дубинку на себя, щепки полетели во все стороны, и он вновь повернулся лицом к мужчине.