Стража!
Взять его!
Доктор!
Это помешанный?
Доктор
Первый министр. Безумие его заразительно?
Доктор. Да. Я сам едва не заразился этим безумием.
Первый министр. Излечимо оно?
Доктор. Нет.
Первый министр. Значит, надо отрубить ему голову.
Тайный советник. Позвольте, господин первый министр, ведь я как церемониймейстер отвечаю за праздник.
Первый министр. Ну, ну!
Тайный советник. Было бы грубо, было бы негуманно рубить голову бедному безумцу. Против казни я протестую, но маленькую медицинскую операцию над головой бедняги необходимо произвести немедленно. Медицинская операция не омрачит праздника.
Первый министр. Прекрасно сказано.
Тайный советник. Наш уважаемый доктор, как известно, терапевт, а не хирург. Поэтому в данном случае, чтобы ампутировать больной орган, я советую воспользоваться услугами господина королевского палача.
Первый министр. Господин королевский палач!
1-й придворный. Сию минуту.
Аннунциата. Дайте же мне проститься с ним! Прощай, Христиан-Теодор!
Ученый. Прощай, Аннунциата!
Аннунциата. Тебе страшно, Христиан-Теодор?
Ученый. Да. Но я не прошу пощады. Я…
Первый министр. Барабаны!
Пьетро. Барабаны!
Первый министр. Шагом марш!
Пьетро. Шагом марш!
Капрал. Шагом марш!
Первый министр. Господа, прошу вас на балкон – посмотреть фейерверк. А здесь тем временем приготовят прохладительные и успокоительные напитки.
Юлия. Аннунциата, я не могла поступить иначе. Простите.
Аннунциата. Он совершенно здоров – и вдруг должен умереть!
Юлия. Мне это тоже ужасно, ужасно неприятно, поверьте мне. Но какой негодяй этот доктор! Так предать своего хорошего знакомого!
Аннунциата. А вы?
Юлия. Разве можно сравнивать! Этот ничтожный доктор ничего не терял. А я так люблю сцену. Вы плачете?
Аннунциата. Нет. Я буду плакать у себя в комнате.
Юлия. Надо учиться выбрасывать из головы все, что заставляет страдать. Легкое движение головой – и все. Вот так. Попробуйте.
Аннунциата. Не хочу.
Юлия. Напрасно. Не отворачивайтесь от меня. Клянусь вам, я готова убить себя, так мне жалко его. Но это между нами.
Аннунциата. Он еще жив?
Юлия. Конечно, конечно! Когда все будет кончено, они ударят в барабаны.
Аннунциата. Я не верю, что ничего нельзя сделать. Умоляю вас, Юлия, давайте остановим все это. Надо идти туда… Скорей!
Юлия. Тише!
Доктор. Вина!
Мажордом. Вина доктору!
Юлия. Аннунциата, если вы мне дадите слово, что будете молчать, то я попробую помочь вам…
Аннунциата. Никому не скажу! Честное слово! Только скорее!
Юлия. Вовсе не надо спешить. Мое средство может помочь, только когда все будет кончено. Молчите. Слушайте внимательно.
Доктор. Да, Юлия.
Юлия. А ведь я знаю, о чем вы думаете.
Доктор. О вине.
Юлия. Нет, о воде…
Доктор. Мне не до шуток сейчас, Юлия.
Юлия. Вы знаете, что я не шучу.
Доктор. Дайте мне хоть на миг успокоиться.
Юлия. К сожалению, это невозможно. Сейчас одному нашему общему знакомому… ну, словом, вы понимаете меня.
Доктор. Что я могу сделать?
Юлия. А вода?
Доктор. Какая?
Юлия. Вспомните время, когда мы были так дружны… Однажды светила луна, сияли звезды, и вы рассказали мне, что открыли живую воду, которая излечивает все болезни и даже воскрешает мертвых, если они хорошие люди.
Аннунциата. Доктор, это правда? Есть такая вода?
Доктор. Юлия шутит, как всегда.
Аннунциата. Вы лжете, я вижу. Я сейчас убью вас!
Доктор. Я буду этому очень рад.
Аннунциата. Доктор, вы проснетесь завтра, а он никогда не проснется. Он называл вас: друг, товарищ!
Доктор. Глупая, несчастная девочка! Что я могу сделать? Вся вода у них за семью дверями, за семью замками, а ключи у министра финансов.