– Ты хороший парень, Лин, – улыбнулся он, засовывая деньги в карман. – Если бы я считал тебя плохим парнем, то пристрелил бы. Увидимся через два часа. Не беспокойся. Мы найдем твою девушку. Это ведь Бомбей,
Урчание его мотоцикла говорило жителям, прячущимся за дверями и ставнями, что на улице есть храбрые люди, которые следят за порядком.
Когда Доминик уехал, Рэнделл вышел из машины, чтобы открыть дверцу Винсону. Но не успел он сделать это, как из темноты донесся голос, пригвоздивший нас к месту.
– Я предупреждала тебя, – произнесла мадам Жу, – я предупреждала, чтобы ты держался подальше от Кавиты Сингх.
Из тени выступили ее головорезы – близнецы и плескуны. Я хотел ответить ей, но меня опередил Рэнделл, вставший рядом со мной.
– Разрешите мне, – сказал он тихо.
– Да все под контролем, Рэнделл, – ответил я, внимательно следя за всей гремучей пятеркой. – Мадам Жу регулярно дает представления в этом переулке, и мне всегда достается пригласительный билет.
Она засмеялась, но никто ее не поддержал.
– Позвольте все же мне сказать, – попросил Рэнделл. – Я давно жду такой возможности.
Он говорил очень серьезно, и я не стал возражать.
– Разрешите представиться, мадам, – обратился он к фигуре под маской. – Я Рэнделл Соарес, один из двух людей, которые стоят на страже этой Женщины. Если Женщине будет причинен какой-либо вред, я убью вас и всех ваших питомцев. Это последнее предупреждение, мадам. Или вы оставите нас в покое, или распрощаетесь с жизнью.
Он был не робкого десятка. Я на его месте высказался бы осторожнее, так как знал, что ненасытная мстительность мадам Жу простирается и на всех близких намеченной жертвы. Я надеялся, что у Рэнделла нет в Бомбее семьи, до которой мадам Жу могла бы добраться.
Рэнделл держал руку в кармане куртки. Плескуны тоже держали руки в карманах. Я держался за ручку ножа. Мадам Жу попятилась и растаяла в темноте.
– Рэнделл Соарес, – донеслось змеиное шипение из-под арки. – Рэнделл Соарес.
Вслед за ней в темноте растворились ее питомцы.
– Советую предупредить всех, кто носит фамилию Соарес, – сказал я Рэнделлу. – Она этого так не оставит.
– У меня нет семьи, – ответил он. – Я сирота. Родители отказались от меня при рождении, никто меня не усыновил, пока я был в детском доме, а в шестнадцать лет я его покинул. Так что мадам Жу не может причинить вред моим родным, поскольку их нет.
– И ты действительно убил бы всю эту компанию?
– А разве вы не убили бы, сэр?
– Я постарался бы остановить их, прежде чем пришлось бы убивать. Ты служил в армии?
– Не в армии, в морской пехоте.
– Сколько лет?
– Шесть, сэр.
– Что происходит? – послышался голос Винсона в машине.
– Просто кое-кто тут спятил, сэр, – ответил Рэнделл, открывая Винсону дверцу. – Кое-кто постучался во врата ада.
– Так охрененно здорово выбраться наконец на свежий воздух, – сказал Винсон, потягиваясь. – Просидел в этом автомобиле типа целую вечность. Мне нужно поссать, мэн, и довольно срочно.
Он направился к ближайшей стене.
– Давай вести себя как цивилизованные люди, Винсон, – сказал я. – Тут припаркованы мотоциклы. Потерпи, пока мы не поднимемся ко мне.
Рэнделл поставил автомобиль к стенке с таким расчетом, чтобы можно было быстро выехать в случае необходимости и не мешать проезду других машин.
– Никто здесь ее не тронет, – сказал я, когда Рэнделл запер машину. – Можешь спокойно подняться ко мне и вытянуть ноги.
– Замечательно, сэр.
– Слушай, Рэнделл, завязывай с этими дурацкими «сэрами». Меня зовут не Сэр, а Лин или Шантарам, если предпочитаешь. Или можешь называть меня Боссом.
– Спасибо, мистер Шантарам, – улыбнулся он, и в глазах его блеснули гоанские закаты.
– Где можно поссать? – спросил Винсон, выделывая кренделя на дорожке.
Мы с Рэнделлом втащили его наверх по ступенькам, и я стал стучать в дверь:
– Открывай, Джасвант!
– Пароль? – послышалось из-за двери.
– Открывай свою долбаную дверь, ублюдок! – крикнул я, поддерживая Винсона.
– Лин! – воскликнул Джасвант. – Чего ты хочешь?
– Чего я
– Только через мой крещеный зад, – сказал он. – Неужели ты действительно этого хочешь?
Рэнделл, похоже, слушал нашу беседу с большим удовольствием. Винсон в моих объятиях начал пускать слюни. Джасвант явно наслаждался беседой. Я стоял перед своим жильем и не мог в него попасть.
– Джасвант, впусти нас, пожалуйста, – произнес я медоточивым тоном, сжав зубы.
– Без проблем, мой иностранный друг, – отозвался он. – С тобой нет никаких зомбированных?
– Открой долбаную дверь, Джасвант.
Баррикада заскрипела и отодвинулась от двери. Мы протиснулись внутрь. Джасвант восстановил свою инсталляцию и быстро обернулся к покачивавшемуся Винсону.
– Он похож на зомбированного, – сказал Джасвант.
– Я хочу писать! – заявил Винсон.
– Из него уже вытекают жизненные соки? – воскликнул Джасвант, попятившись.
– Сейчас они вытекут прямо на пол, если ты не перестанешь болтать.
