По словам Скорпиона, первые недели процветания стали для него настоящим кошмаром. Деньги приносят беду, говорил он. Деньги губят покой в наших душах, говорил он. Однако вот так взять и отринуть презренное злато у него не хватало духу.
Он беспрестанно стонал, бормотал и плакался. Гладковыбритый, подстриженный, промассажированный, наманикюренный и смазанный душистыми кремами, долговязый канадец бродил по роскошному номеру, тяжело переживая свалившуюся на него удачу.
– Это плохо кончится, Лин, – сказал он, когда я заглянул его проведать.
– Рано или поздно все кончается плохо для любого из нас. Только искусство вечно.
– Пожалуй, – согласился он, хотя мои слова его не утешили. – Ты видел Близнеца, когда сюда входил? Он все еще сидит за картами?
– Я его не видел. Меня впустил какой-то сикх. Он назвался твоим «мажордомом».
– А, это Сингх. Он вроде как всем тут заправляет. На пару с Дивой. У этого типа чудовищный шнобель. Наверно, такой отрастает, если все время глядеть на людей сверху вниз, вдоль переносицы.
– А вдобавок к длинному носу у него есть короткий список допускаемых лиц.
– Это да… понимаешь, нам пришлось ограничить число посетителей. Ты бы видел, что тут творилось сразу после того, как новость о моем наследстве разнеслась по улицам.
– Могу себе представить.
– Они валили сюда толпами, день и ночь. Отелю пришлось удвоить охрану на этом этаже, чтобы их как-то сдерживать. Но многие все равно прорывались. Один засранец барабанил в дверь туалета и требовал денег, когда я сидел на толчке.
– Да уж…
– В последние дни я вообще не высовываю нос из отеля. Стоит только выйти на улицу, откуда ни возьмись появляются люди и тянут руки за деньгами.
По такому случаю я вспомнил, что сами зодиакальные Джорджи в течение многих лет имели обыкновение появляться откуда ни возьмись, и руки их при этом также частенько бывали протянуты ладошкой вверх.
– Да уж…
– Но ты можешь быть спокоен, Лин, – поспешил добавить Скорпион. – Твое имя всегда будет в коротком списке.
– Да уж…
– Нет, я серьезно, старик. Ты всегда был к нам очень добр. И я этого не забуду. Кстати, раз уж об этом зашла речь, ты… тебе не нужно…
– Нет, у меня с деньгами порядок, – сказал я. – Но спасибо за готовность помочь.
– Вот и ладно. Давай все же найдем Близнеца. Мне надо сообщить ему о новых правилах безопасности.
Лондонца мы обнаружили в одной из комнат люкса, изначально предназначавшейся для деловых встреч и совещаний. Джордж Близнец накрыл длинный стол скатертью и превратил комнату в игорный притон. И сейчас он резался в покер с несколькими служащими отеля, сменившимися с дежурства. Судя по количеству початых либо уже пустых бутылок и расставленным там и сям блюдам с объедками, игра шла уже не первый час.
– А вот и ты, Скорп! Привет, Лин! – завопил Близнец, когда мы вошли. – Присоединяйтесь! Мы только-только разогрелись.
– Нет, для меня уже слишком горячо.
Джордж Близнец был опытным шулером, но никогда не обыгрывал людей по-крупному, а порой даже сбрасывал выигрышную комбинацию. Для него главный кайф был не столько в самом выигрыше, сколько в том, чтобы не попасться на мухлеже.
– Да ладно, Лин, тебе ж не впервой пытать счастье.
– Мое счастье уж точно не в пытках. Я просто понаблюдаю со стороны за парой раздач.
– Как знаешь, – сказал Близнец и, подмигнув мне, бросил фишку на середину стола, поднимая ставки. – Скорпион, почему ты не предложил выпивку нашему гостю?
– Ох, извини, Лин. – Скорпион резко повернулся к игрокам за столом. – Какого черта, парни?! Вы типа работники этого отеля или кто? Ну-ка живо налейте нашему гостю!.. Что будешь пить, Лин?
– Я ничего не хочу, Скорпион.
– Нет, пожалуйста, выпей что-нибудь!
– О’кей, пусть будет содовая со свежим лаймом. Без льда.
Один из игроков – судя по ливрее, коридорный – бросил карты на стол рубашкой вверх и отправился выполнять заказ. Еще через пару минут мы услышали пронзительный вопль со стороны входной двери люкса, а затем на пороге комнаты появился Дидье. Он вел за собой «мажордома», сдавив его выдающийся нос двумя пальцами.
– Этот имбецил утверждает, что моего имени нет в каком-то идиотском списке! – отдуваясь, сердито объявил Дидье.
– Какое безобразие! – сказал я. – Почти такое же, как вождение людей за нос без особых причин.
– Без особых причин?! Судите сами: когда я попытался ему втолковать, что такое попросту невозможно, потому что мое имя есть в
– Так вот почему, старина, ты проявил такой жестокий интерес к
– Не утрируй, Лин! – сказал Дидье, еще сильнее сжимая нос несчастного слуги, который ответил жалобным визгом.
– Он всего лишь исполнял свои обязанности, Дидье.
– Его прямой обязанностью является радушно меня встретить, Лин, а не закрывать передо мною дверь.
– Я увольняюсь! – прогундосил мажордом.
– С другой стороны, – сказал я, – ты ведь не знаешь, в каких местах побывал этот нос до того, как ты его сцапал.
