Окруженная врагами, некогда великая нация Равка разделена на две части Тенистым Каньоном — полосой непроницаемой темноты, кишащей монстрами, которые жаждут человеческой плоти. И теперь судьба страны может лечь на плечи одинокой беженки. Алина Старкова никогда не отличалась особыми способностями. Но когда на ее полк нападают волькры, и ее друга серьезно ранят, в Алине пробуждаются спящие до этого силы и спасают Малу жизнь — силы, которые могут оказаться ключом к спасению всей страны. Девушку увозят от привычной жизни в королевский дворец, где будут тренировать как члена Гриши — элитного сообщества магов во главе с загадочным Дарклингом. Однако, в этом щедром на первый взгляд мире все совсем не так, как кажется. Пока надвигается мрак, и все королевство зависит от ее необузданной силы, Алине предстоит столкнуться с тайнами Гриш... и собственного сердца.
Посвящается моему дедушке.
Гриши: люди с особой силой.
Волькра: чудовище, живущее в Тенистом Каньоне.
Кафтан: мантия, которую носят Гриши, чтобы показать свой статус.
Корпоралки: Орден Живых и Мертвых. Один из классов Гриш. Работают с человеческим телом и требуют серьезнейшей подготовки. Подклассы: Целители и Сердечники. Высший класс Гриш.
Материалки: Еще один класс Гриш. Специализируются на сотворении оружия и доспехов. Носят фиолетовый кафтан. Подклассы: Фабрикаторы.
Этереалки: Орден Взывателей. Работают со стихиями, такими как ветер или огонь. Носят синий кафтан. Подклассы: Шквальные (ветер), Проливные (вода), Инферни (огонь).
Прислуга называла их
Мальчишку и девочку привезли в поместье с разницей в неделю. Очередные сироты, жертвы пограничной войны, беженцы, найденные в руинах ближайших городков, от чего лица детей были покрыты копотью и грязью. Их отправили в поместье князя, чтобы обучить грамоте и какому-нибудь ремеслу.
Мальчик был низеньким и коренастым, и на его лице всегда присутствовала улыбка. Девочка же была совершенно другая, что она отлично осознавала. Как-то примостившись в кухонном буфете, чтобы подслушать сплетни взрослых, она услышала, как домохозяйка князя — Ана Куя — проворчала:
— Маленькая уродина: бледная и кислая, как стакан свернувшегося молока. Дети не должны так выглядеть!
— А какая она тощая! — поддакивала повариха. — Девчонка никогда не доедает свой ужин.
Согнувшись рядом с девочкой, мальчик прошептал:
— Почему ты
— Потому что ее стряпня на вкус как земля.
— А мне нравится.
— Конечно, ты ешь всё подряд!
Они вновь прижались к щели в дверце шкафчика. Через мгновение мальчик сказал:
— Я не считаю тебя уродиной.
— Тсссс! — шикнула на него девочка.
Но стоило ей спрятаться в тени буфета, как на лице заиграла улыбка.
***
Летом они терпели долгие часы рутинной домашней работы, а затем еще более долгие часы занятий в душных кабинетах. В пик жары дети прятались в лесу, куда отправлялись на поиски птичьих гнезд, или плавали в мутном речном заливе. Разнообразием служило разве что время, проведённое на лугу. Там они валялись в зелёной траве и наблюдали за заходящим солнцем, обдумывая, где бы построить свою молочную ферму, или спорили, будут у них две белые коровы или три.
Зимой князь отправлялся в свой дом в Ос Альте, а дни становились все короче и холоднее. Преподаватели погружались в собственные заботы, предпочитая сидеть у камина и играть в карты, попивая квас. Старшие дети, запертые внутри дома, от скуки устраивали постоянные склоки и драки. Потому мальчик и девочка прятались в заброшенных комнатах поместья, устраивая театральные постановки для мышей и пытаясь тем самым согреться.
В тот день, когда приехали экзаменаторы Гриши, дети заняли место у окна одной из пыльных спален на втором этаже, надеясь хоть мельком посмотреть на почтовую карету. Вместо этого их глазам предстали сани, запряженные тройкой черных лошадей, как раз проезжающие через ворота из белого камня. Дети молча наблюдали, как сани скользят по заснеженному холму к главному входу дома князя. Чуть позже из них вышли три фигуры в элегантных меховых шапках и тяжелых шерстяных кафтанах: красном, синем и фиолетовом.
— Гриши! — выдохнула девочка.
— Быстрее! — крикнул мальчишка.
В мгновение ока они выскользнули из своих башмачков и бесшумно спустились в холл, откуда прокрались через пустой класс для занятий музыкой и скрылись за ближайшей колонной балкона, с которого открывался вид на гостиную, где Ана Куя предпочитала принимать гостей.
Женщина уже находилась там, разливая кипяток из самовара в чашки для чая; в своем черном платье она была похожа на ворону. На ее запястье болталось кольцо с ключами.
— Только двое в этом году, верно? — послышался грудной женский голос.
Дети начали всматриваться через балконные перила в комнату под ними. Двое из Гриш сидели у камина: статный мужчина в синей мантии и утончённая женщина с надменным лицом в красной. Третьим был молодой мужчина со светлыми волосами, который мерил шагами комнату, по-видимому, разминаясь после долгой дороги.
— Да, — ответила Ана Куя. — Мальчик и девочка — наши младшенькие. Мы думаем, что им обоим около восьми.
— Вы думаете? — вскинул голову мужчина в синем.
— Поскольку их родители мертвы…
— Мы понимаем, — перебила женщина. — Конечно же, мы большие почитатели вашего учреждения. Если бы только больше знати интересовалось судьбой простолюдин…
— Наш князь — великий человек, — проговорила Ана Куя.
