А как раз украшениями это место явно не славилось, так что Тефания в своём ярком наряде просто притягивала взор. И не только нарядом. Её чёрные, как смоль волосы, уложенные в изящную причёску, её алые графичные губы и мягкие черты лица было невозможно не заметить. Однако Хранителю это удалось с лёгкостью.
— Раз уж ты не спишь, проводи нашу гостью в её покои, — бросил Арас, удаляясь прочь.
Рэаган последовал за ним молчаливой тенью. Он прошёл мимо меня, как и его милорд, не удостоив взглядом ни Тефанию, ни меня.
— Милорд, разумеется, я выполню вашу просьбу… — осторожно начала Тефания.
— Это не просьба, — осёк её Арас. Он вдруг остановился, обернулся через плечо и бросил уже мне: — Поговорим утром, Адалена. Если тебе что-нибудь понадобится, можешь обратиться к Тефании. А нам с Рэаганом нужно обсудить государственные дела.
После этих слов правитель зашагал дальше уже без остановок. Главнокомандующий двинулся с ним вровень. Возможно, мне показалось, но в какой-то момент глаза Рэагана всё-таки встретились с моими. Но продлилось это не дольше доли секунды. И то — при царящем полумраке и в моём полуобморочном состоянии немудрено было ошибиться. Как бы то ни было, эти двое ушли, оставив нас с Тефанией стоять в насквозь промороженным холле.
— Меня зовут Адалена, — тихо представилась я, сочтя, что так поступить, по крайней мере, вежливо, раз уж никто нас друг другу не представил.
— Я знаю, как тебя зовут, — резко ответила Тефания и тотчас оборвала сама себя: — Прошу прощения, миледи. Вы наша долгожданная гостья. Для меня большая честь сопроводить вас к вашим покоям. Прошу, следуйте за мной.
Её голос прозвучал напряжённо и совсем не дружелюбно. Тефания даже почти не старалась скрыть своих истинных чувств ко мне, но я с трудом понимала, чем не угодила ей, если уж последние двести лет пролежала в металлическом саркофаге, никого не трогая.
Она направилась к одному из проходов, ведущим в длинную галерею, покрытую льдом. Мы поднялись на этаж выше, пока не очутились возле дверей, за которыми, судя по всему, и находилась комната, предоставленное в моё распоряжение.
— Чувствуйте себя, как дома, — сказала Тефания, спеша поскорее уйти.
— Две сотни лет моим домом был гроб, — заметила я.
И девушка слегка вздрогнула.
— Простите, миледи.
— Я не миледи. Насколько мне известно, я ведьма.
Тефания подняла ко мне недоумённый взгляд.
— Насколько… вам известно?..
— Я потеряла память, — объяснила ей, хотя не была до конца уверена, что могу сообщать такие детали.
Было бы правильно и логично, чтобы Арас дал мне какие-то указания, но он предпочёл привести меня в свой замок и тут же бросить на попечение девушке, которая явно не горит желанием общаться со мной.
Тефания боязливо оглянулась на дверь, затем торопливо затворила её, чтобы наш разговор не услышали в коридоре.
— Как же так? — прошептала она, и на сей раз голос её зазвучал тревожно. — Ты совсем ничего не помнишь?
— Ничего, — не стала я врать. — Поэтому буду очень благодарна тебе, если ты что-нибудь мне объяснишь.
Тефания, похоже, совершенно не понимала, как реагировать. Заметив мою всё нарастающую дрожь, она подошла к колокольчику, закреплённому на стене, и дёрнула за верёвку. Буквально через минуту в дверь тихонько постучали. Вошла служанка в чёрном шерстяном платье с воротником под горлом. Видимо, местные жители давно привыкли к особенностям погоды и даже слуг одевали соответствующим образом.
— Самира, — сказала Тефания, — будь добра, разожги огонь и принеси нашей гостье горячей еды и питья.
— Слушаюсь, миледи, — покорно ответила Самира и тотчас исчезла обратно за дверьми.
«Миледи» — стало быть, Тефания отнюдь не из простых девушек. Почему же тогда Арас повёл себя настолько фривольно, даже грубо? Кто же они друг другу?..
Тефания медленно обошла комнату, то и дело поглядывая в мою сторону. Я села в кресло и попробовала согреть обледеневшие руки, завернув их в ткань плаща. Мы молчали, покуда не вернулась служанка с подносом, на котором находились блюда с крышками, два стальных кубка и корзинка с чем-то, напоминающим булочки из ржаной муки. Всё расставив на большом круглом столе, Стефания занялась камином.
Миледи сама наполнила кубки из металлического чана. Один кубок она передала мне.
— Что это? — я поглядела внутрь и поняла, что напиток тоже подогрет.
Он имел приятный кремовый оттенок, пах пряностями и скорее был похож на десерт.
— Вархейл, — ответила Тефания, будто до сих пор проверяя, выдумываю я свою амнезию или говорю правду. — Когда-то его подавали только в День Нарождения Года, когда стояли самые лютые морозы. Но теперь мы готовим его почти постоянно.
— И что изменилось?
Миледи резко замолчала, осторожно пригубила вархейл и показала на накрытый стол, предлагая приступить к еде. Я тоже попробовала странный напиток и пришла к выводу, что это весьма пикантная и приятная на вкус штука. Напиток согревал не только мои пальцы, удерживающие кубок, но и ощутимо прибавлял тепла внутри благодаря горячему молоку, пряностям и, кажется, элю.