«Ну, наверное, и такое случается. Возможно, узнав о ее способностях, леди Амелия пригласила на смотрины какого-нибудь особенно сильного и важного мага. Он твоей подруге сразу понравился, а потом забрал ее с собой». — «Нет, Мар, — тяжело вздохнула девочка. — За Вальей пришли поздно ночью. Все уже спали, и никто не ждал никаких гостей. Я проснулась от ее зова. Но он почти сразу оборвался, как если бы Валья уснула. И я не смогла до нее докричаться ни в ту ночь, ни на следующий день, ни после… А когда спросила у леди Амелии, не приезжали ли в замок маги за какой-то из девочек, она ответила, что никого не было. Но она ТАК это сказала, что еще через день я спросила у графа эль Сара. И он тоже ответил: „Нет“». — «А его аура?» нахмурился я.
Мисса прерывисто вздохнула.
«Она мигнула, Мар. Когда он говорил, что ни за кем из девочек в ту ночь не приходили, она действительно мигнула. Дважды». — «Выходит, граф соврал… Как, по-твоему, куда они дели твою подругу?» — «Я не знаю, тоскливо призналась девчонка. — Но Валья не уехала бы из замка, не попрощавшись со мной. Я перестала ее чувствовать два года назад, Мар. Весной. А через день после того, как Валью забрали, в горах начался буран, и я увидела… вернее, мне показалось, что в ту ночь в мое окно заглянул ледяной пес». — «Кто?!» — поневоле вздрогнул я. — «Не смейся, Мар, но мне кажется, что это была Валья», — прошептала девочка. — «Откуда ты знаешь?!» — «Потому что она позвала меня, — едва слышно сказала Мисса, заставив меня снова вздрогнуть. — Мысленно. Как раньше».
Мне стало не по себе.
«Я испугалась и не ответила. Но с тех пор в метели я иногда слышу ее голос, — так же тихо добавила девочка. А порой, если выгляну в окно, мне кажется, что она все еще там. В ночи. И по-прежнему ждет меня. Только на зов уже не отвечает». — «Ты говорила об этом кому-нибудь?» — после долгой паузы спросил я, лихорадочно размышляя над сказанным. — «Шутишь? — горько усмехнулась девочка. — Нам даже друг с другом не дают поговорить наедине. Рядом всегда ошивается или нянька, или воспитательница, или стражник. Самых маленьких держат отдельно. Нас к ним не пускают. Тихо говорить нельзя. Шептаться по углам нельзя. Сидеть вдвоем вдали от остальных запрещено. Обсуждать что-либо, кроме учебы и платьев, тоже. На ночь нас запирают в комнатах как преступниц, и рядом всегда есть хотя бы один стражник. Говорить вслух по ночам тоже нельзя. А перестукиваться не получается — стены слишком толстые. У нас с Тришей в стене трещина есть, поэтому иногда мы друг друга слышим. Но говорить все равно опасно, потому что в коридоре сильное эхо. Даже если отвечать шепотом, стражник может услышать. И тогда тех, кто разговаривает в неположенном месте и в неположенное время, накажут. Валья первой позвала меня мысленно. Не знаю, как у нее получилось, но мы решили об этом молчать. Я несколько раз пыталась связаться с другими девочками, но из этого ничего не вышло. Они не отвечали. И сейчас не отвечают. Единственным, кто меня услышал за эти два года, был ты, Мар. И теперь я даже не знаю, что это значит. Ты ведь — дарру?»
Я заколебался.
«Нам говорили, что мальчиков дарру не бывает, — прошептала Мисса, когда я не ответил. — Но я чувствую тебя, Мар. Ты странный. И голос у тебя… необычный. Но зато ты сильный, если смог меня услышать. И еще у тебя, как у всех нас, нет собственной ауры».
М-да. Может, не стоило мне сегодня снимать амулет?
«Мар! Мар, не молчи же! Пожалуйста! Клянусь тебе… душой своей клянусь, что никто об этом не узнает!» — «Я слышу, — неохотно отозвался я. — Но не думаю, что тебе стоит знать детали. Меньше знаешь — крепче спишь. Да и врать, если что, не придется».
Мисса ненадолго умолкла.
«Ты прав, — неожиданно отступилась она. — Извини. Я больше не буду спрашивать. Но если тебе не все равно, если принц и впрямь приехал сюда помочь… расскажи ему о Валье. И пусть он обязательно заглянет в подвал». — «Зачем? Ты ведь говорила, что туда отправляют тех, кто заслужил наказание». — «И тех, кто не может себя контролировать. Мы очень боимся идти в подвал, Мар. Там страшно. А еще порой случается так, что девочки, которых туда отправляют, обратно уже не возвращаются».
Едва рассвело, я выбрался в коридор и поскребся в дверь комнаты, где поселили Кэрта аль Вара. Открыл ее маг не сразу. Да и особой радости на его заспанном лице я не увидел.
— В чем дело? — осведомился всклокоченный целитель, когда увидел меня на пороге.
— У меня для вас важные сведения, — скороговоркой проговорил я, пока он не вздумал захлопнуть дверь.
— Что за сведения? Откуда? И почему ты пришел с ними ко мне?
— Его высочество предвзято ко мне относится. Скажите, рино, вы сегодня планируете проверять бумаги господина эль Сара?
— Да. А что?
