Значит, в милицию я не пойду. И моей нечистой совести придется с этим как-то примириться. Кто мне дороже: сосед, которого я до вчерашнего дня знать не знала, или отец родной? Даже спрашивать глупо!
На работу я немного опоздала.
— Ир, тебя клиентка спрашивала, — доложила мне соседка.
— Давно?
— Минут десять назад. Сказала, что пока пройдется по рынку, а потом назад вернется.
Соседка оглядела меня с некоторой завистью и спросила:
— Слушай, вот чем ты их берешь? Чего они именно к тебе возвращаются? Рынок-то большой…
— А ты красишься ярко, — ответила я честно.
— И?.. — не поняла соседка.
— Женщины за крупными покупками обычно приходят с мужьями.
— Ну?..
— Ну, и какой жене понравится, что ее обслуживает яркая, привлекающая к себе внимание баба?
— А-а-а, — протянула соседка. Минуту смотрела на меня понимающим взглядом, потом уважительно склонила голову и произнесла:
— Ну, ты психолог… Серой мышкой, значит, нужно прикинуться…
— Что-то вроде того.
— Ну, ты психолог, — повторила она задумчиво и скрылась в своем закутке.
Покупательница нагрянула через десять минут. Я сразу узнала эту женщину. Она у меня купила дубленку, обещала прийти за кожаной курткой. Она обрисовала фасон, который ей нравился, я составила с ее слов неуклюжий, но понятный рисунок и честно передала его тете Жене. И она привезла из Турции нечто похожее.
— Здравствуйте!
— Здравствуйте!
— Вот, пришла, как обещала…
— Очень рада вас видеть, — сказала я искренне. Всегда приятно видеть человека, благодаря которому получаешь часть зарплаты.
— Привезли?
— А как же!
Я отправилась вглубь своей каморки и завозилась среди огромных сумок. Все-таки как удачно, что я опоздала и не успела выложить и вывесить весь товар! Курточка, заказанная дамой, находится у меня обычно на самом виду, и ее мог купить кто угодно. К счастью, пока никто не купил.
— Вот, — сказала я, извлекая куртку. — Специально припрятала пока.
— Спасибо! — расцвела клиентка. И громко позвала:
— Лелик!
Как и следовало ожидать, муж слонялся поблизости. На его лице застыла гримаса, которую я привыкла видеть на лице мужчин, обреченных сопровождать жен на вещевой рынок. Смесь скуки, нетерпения и покорности судьбе.
Жена развернула перед ним куртку.
— Как тебе?
— Блеск! — ответил тот, не глядя. — Берем!
— Как это? — обиделась жена. — Без примерки?
— Ну, давай, меряй скорей!
— Сейчас…
Дама разложила куртку на прилавке и начала тщательно осматривать и прощупывать кожу.
К этому процессу я отношусь легко. Тетя Женя — великолепный специалист во всем, что касается кожаных изделий, и никакую второсортную халтуру ей не подсунет даже самый пронырливый турецкий бизнесмен. Она исколесила вдоль и поперек всю Турцию, прежде чем нашла маленький симпатичный заводик, где шились куртки и дубленки с соблюдением всех основных технологий. Мало того. Она не поленилась узнать, кто поставляет сырье, съездила на место и проверила поставщика! Так что, насчет качества вопросов нет.
Турецкий партнер преисполнился такого уважения к профессионализму тети Жени, что тут же предложил ей работу на своем предприятии. И очень расстроился, когда «русская ханум» ему отказала.
— Вроде все нормально, — наконец сказала дама.
Она влезла в рукава, запахнула полы, стянула пояс и начала озираться в поисках зеркала.
Я торопливо вынесла наружу высокую, во весь рост, зеркальную стойку.
Дама завертелась перед ней.
— Ну как? — спросила она меня.
Я оценивающе прищурилась.
Для того, чтобы клиент поверил в искренность продавца, совершенно не нужно сразу кидаться с заверениями, что все великолепно. Этому шаблону все равно уже никто не верит.
— Даже не знаю, что вам сказать. Цвет, безусловно, ваш… Но что-то меня настораживает…
— Что? Что? — заволновалась дама. Я видела, что она почти готова купить куртку, и мысль о том, что вещь у нее отбирают, только укрепляла ее решимость.
— По-моему, сидит прекрасно! — нервно заявила дама. И потребовала поддержки у мужа:
— Лелик! Тебе нравится?
— Идеально! — ответил Лелик и скроил в мою сторону зверскую гримасу.
— Нет, что-то не то, — произнесла я с задумчивым сомнением. — В плечах не широковато?
— В плечах?..
Дама еще раз обозрела свое отражение. Так, нельзя позволить ей укрепиться в этой мысли.
— Поняла! — воскликнула я и сильно шлепнула себя полбу.
— В чем дело? — спросила дама.
— Лена! — громко позвала я свою соседку.
Та явилась немедленно.
— Ау…
Я потеряла дар речи. Ленкино лицо, пять минут назад напоминавшее лицо индейца в праздничном боевом раскрасе, было абсолютно чистым. Никакой косметики! Даже губную помаду стерла! Вот это я понимаю, деловая оперативность!
— Что, Ирочка? — кротко спросила Ленка.
— Свитер! — ответила я, когда снова обрела способность говорить. — Под эту курточку нужен свитер! Видишь, женщина в маечке, от этого кажется, что ей в плечах широко…
— Ну, где же широко? — не поверила Ленка. — Ирочка, ты же не первый день работаешь! Ясное дело, с летней майкой кожаную куртку носить никто не станет! Так, минутку…
Она окинула клиентку цепким взглядом и скрылась среди своего барахла.
— Девушка! — через минуту позвала Лена клиентку, которой явно было хорошо за тридцать.
