— Третьего дня в себя пришел. Говорить почти не может, двигаться — и того хуже. Оно и понятно — такая рана! Удивительно, что выжил.
— Он же норманн. Они очень сильные. А уж Ульф… Надеюсь, он скоро поправится!
— Лекарь делает все, что в его силах, — сказал сэр Дэвид. И, помолчав, прибавил тихо:- Как очнулся, так первым делом о леди МакЛайон спросил. Всё ли, мол, благополучно?..
— И ему…
— О, нет! — лорд мотнул головой. — Я запретил рассказывать. Ульф и без того едва держится, а узнай он, что стряслось? Ты же его знаешь — для него служба превыше всего!.. Изведется весь — что не успел, не защитил, недоглядел… И сам же себя в гроб вгонит. Я такое видел.
— Но ведь когда-то придется рассказать, — вздохнула леди Кэвендиш, которую, на самом деле, грызли примерно такие же чувства.
— Тут ты права. Вечно это скрывать мы от него не сможем… Но пускай сначала на ноги встанет.
Лорд опустил плечи:
— Да что там — Ульф!.. Я как подумаю, что за разговор мне предстоит с лордом МакЛайоном — повеситься хочется. Пригласили, называется, погостить… Это кошмар какой-то.
— Не напоминай, ради всего святого!.. Мне и так Нэрис уже которую ночь снится. И каждый раз в пот бросает, только стук копыт у крыльца заслышу. Вдруг Ивар?.. Как я ему в глаза посмотрю?
— Ты ведь ни в чем не виновата, милая, — сказал адмирал. А про себя подумал: "В отличие от твоего дурака-супруга. Надо было что-то придумать! Делать что-то, а не на душевные терзания размениваться! Вот и дотерзался, слюнтяй… МакЛайон мне этого никогда не простит. И сам я себя никогда не прощу"
— Лучше просто не думать об этом. Пока есть возможность, — Грейс, отогнав снова вставшие перед глазами картины кораблекрушения, что преследовали ее уже неделю, перевела взгляд на дочь:- Дай мне ее, Дэвид! Скоро Лилли придет, а она все время ребенка у меня отнимает…
— С чего бы? Неужто ей своих четверых сорванцов мало? — хохотнул лорд, поднимаясь. Жена недовольно надула губы:
— Нет. Говорит, что я ее от большой любви насмерть затискаю. Ну же, Дэвид!..
— Тихо, тихо. Никуда от тебя не денется твое сокровище…
Он встал и склонился над люлькой. Отвлекся на звук хлопнувшей двери — вошла горничная леди Кэвендиш, легка на помине. В руках у нее был поднос с ужином на две персоны.
— Так и думала, что вы здесь, хозяин! — обрадованно сказала Лилли, пристраивая свою ношу на край кровати. — А вас там ищут по всему дому.
— Ищут? — сэр Дэвид выпрямился, держа на руках дочь. — Кто?
— Ваш адъютант и еще какой-то господин, дюже важный!.. Только что приехал, весь в пух и прах разодетый. Он письмо привез, говорит, срочное… И сердиться изволит. Торопится, видать!..
— Срочное письмо? — нахмурил брови адмирал. — Как бы не из Лондона!.. Возьми ребенка, Лилли… Где гость?
— Джонатан его проводил в ваш кабинет, — горничная забрала малышку и добавила, понизив голос:- Розали велела господам бренди подать, покуда они дожидаются. Но тот человек и пить не стал, все ругается только!..
— Ругается?.. — сэр Дэвид, спешно одергивая камзол, направился к двери. — Не иначе, как Рочестер. Он тот еще склочник… Только что ему в моем доме понадобилось на ночь глядя?
— Уж не знаю, хозяин, — пожала плечами Лилли, тихонько укачивая захныкавшую девочку, — да только лучше б вы уж спустились к ним!.. Адъютант ваш извелся весь — господин тот уж больно строгий. Как глянет свысока — так прямо под землю провалиться охота!..
— Точно, Рочестер, — кисло резюмировал адмирал. — Принесла же нелегкая!.. Грейси, ужинай без меня, не жди. Наш милейший граф, как бы ни торопился, обычно любит поездить по ушам…
— Значит, это надолго? — огорчилась супруга. Лорд философски вздохнул и, подмигнув ей, весело улыбнулся:
— Не беспокойся, до ночи выпровожу! А если граф погостить рассчитывает — прикинусь дурачком. Рочестер, с его гордыней, напрашиваться в прямую не станет.
— И слава богу, — сморщила носик Грейс. — Терпеть его не могу! К тому же, та пощечина… Уф!
— Уверен, ты тогда исполнила заветную мечту половины придворных дам, — хмыкнул адмирал и посерьезнел:- Однако, мне все же стоит поторопиться! Его сиятельство и так меня недолюбливает, не будем дразнить гусей… Я постараюсь быстрее.
— Удачи, — сочувственно кивнула леди Кэвендиш и, проводив глазами спину мужа, повернулась к горничной:- Дай мне малышку, Лилли.
— Вы покушайте сначала. Только и тискаете бедняжку, а кормить кто будет? И чем?
— Да я не голодная…
— Знать ничего не знаю! — отрезала горничная, укладывая притихшего ребенка обратно в колыбель и берясь за поднос. — Вам кушать надо, госпожа! Да побольше. Зазря, что ли, Элинор с обеда от плиты не отходит?..
— Ну, Лилли! — надулась Грейс, нехотя беря в руки ложку. — Вы меня и без того на убой кормите… Кстати, ты сливки наверх отнесла?
— Еще час назад, госпожа, — кивнула служанка, подвигая миску с густым супом ближе к краю подноса. — Дайте-ка, салфетку повяжу… А сливки уж в гостевой спальне на столе благодетеля нашего дожидаются! Вы об том не беспокойтесь, я обычаи знаю… Самых лучших у Элинор выпросила, девонширских. Жирненькие, сладкие, уж как он доволен будет!..
