– Спас, – честно призналась я.
– А взамен сделал своей рабыней?
– Костя, я сама пошла на это. Не приписывай отцу лишних грехов.
– Не буду, если ты все расскажешь. Я имею право знать!
– Вообще-то не имеешь. И прошу, хватить расспросов о прошлом – они угнетают.
– Боюсь, что в нашем случае разговоры о будущем тоже будут малоприятны.
– Тогда давай просто помолчим.
Он и вправду замолчал, но надолго ли? И смогу ли я в следующий раз взять свои чувства под контроль и смолчать? И будет ли он – следующий раз?
После вполне сносного и сытного ужина мы легли отдыхать. Сон не шел, но тело было благодарно и за такую передышку. Лежа на боку, я пыталась отрешиться от всех мыслей, но они упорно лезли вновь и вновь, вызывая в памяти знакомые лица. Людей, которых давно уже нет в живых, но каждый из них навсегда останется в моем сердце, ядом разъедая душу.
– Тенья? – тихо позвал Константин, и от его голоса я невольно вздрогнула.
– Что? – Я с трудом выровняла дыхание.
– Ничего, – резко оборвал он себя, а потом перевернул меня на спину, нависая сверху.
Вглядевшись в мое лицо, он осторожно стер мокрые дорожки слез, которые я даже не почувствовала, а затем, снова улегшись, притянул к себе и крепко обнял.
Такая простая попытка утешить, поддержать заставила судорожно вздохнуть и вызвала новый поток слез. Внутренне сжавшись, я ждала расспросов, но Кощей молчал. Просто обнимал, позволяя самой успокоиться и взять себя в руки. Только это оказалось очень сложно. Кажется, я так и уснула, даже во сне продолжая оплакивать призраков далекого прошлого.
– Странно это, – произнесла я, рассматривая небольшую дыру в стене.
– Согласен, – подтвердил Константин, опускаясь на колени рядом с провалом.
Мы обнаружили его через некоторое время после пробуждения, когда, вновь позавтракав мясом, выпили зелья и двинулись в путь. Вначале второй тоннель выглядел заброшенным, причем довольно давно, о чем свидетельствовали гирлянды паутины. Но чем дальше мы продвигались, тем более облагороженным становился проход. На место паутины пришли магические кристаллы, которые пусть и тускло, но подсвечивали ход. Опоры были зачарованы от гниения и вредителей, а вдоль стен обнаружились небольшие ниши с тонкими струйками воды. И вот теперь этот лаз, из которого тянуло свежим воздухом. Да и земля была не утрамбованная, явно свежевыкопанная.
– Как думаешь, кто его прорыл?
– Сложно сказать. Я не вижу следов, да и слизи на стенках нет.
– Что будем делать? Попробуем выбраться?
– Только в том случае, если не останется другого выхода. Он достаточно большой, чтобы в него можно было пролезть, но по части маневренности оставляет желать лучшего. В случае нападения мы будем беззащитны.
– Идем дальше?
– Не устала? Если хочешь, можем отдохнуть.
– Единственное, что я хочу, это поскорее выбраться отсюда!
– Тогда идем, – произнес Константин, окидывая меня странным взглядом.
– Что? – хмуро спросила я.
– Тебя пугает возможность новой встречи с опасными тварями или само пребывание в этом месте?
– Не имеет значения!
– Имеет. Ответь, пожалуйста.
– Я не люблю подземелья и пещеры, вот и все.
– Почему?
– Константин…
– Почему, Тенья? Ты ведь сама рассказывала, что когда была маленькой, гуляла по пещерам.
– Зато потом обходила их десятой стороной.
– Потерялась? Или встретила кого-то, кто напугал тебя?
– Да, встретила, – чувствуя, как начинают трястись руки, ответила я.
– Нежить?
– Свою судьбу. Царевич, хватит мучить меня расспросами! Мое прошлое тебя не касается, так что оставь его в покое!
– Нет…
От тихого голоса у меня озноб по спине прошел, а Константин развернулся и двинулся дальше. Я чувствовала, как из самых потаенных уголков души медленно поднимается злость. Вместо того чтобы остановиться и успокоиться, я выругалась и поспешила догнать царевича, собираясь высказать все, что о нем думаю.
– Кощей! – срываясь на шипение, окрикнула я.
– Слушаю?
– Хватит лезть в мою жизнь!
– Я еще даже не начинал.
– Однако уже успел достать! Я требую, слышишь, требую, чтобы ты перестал копаться в моем прошлом!
– Пока я не выполнил свою часть сделки, у тебя есть возможность ограничить меня. А вот после… Ты сама согласилась стать моей.
– Я согласилась уйти от хозяина и перейти на службу к тебе, – хмуро глядя на царевича, произнесла я.
– Уверена? – Его губы изогнулись в подобие улыбки.
– Что ты сделал?
– То, что давно хотел, но это мы обсудим гораздо позже, когда выберемся отсюда.
– Ну уж нет! Я хочу знать сейчас! – пробурчала я, а затем схватила царевича за руку, пытаясь остановить.
Только вместо этого неожиданно оказалась впечатанной в стену, всем телом чувствуя тепло, исходящее от мужчины. Гордо задрав голову, давая понять, что нисколько его не боюсь, я попыталась вырваться. Тщетно. Он держал крепко, вглядываясь в мое лицо и отчего-то улыбаясь. И это бесило сильнее всего!
– Отпусти меня!
– Нет.
– Константин, убери руки!
– И не подумаю. – Царевич потихоньку склонялся к моему лицу.
– Только попробуй…
