— Синдзи, — прильнула она ко мне. — Включи свое чувство лжи. Включил? Я клянусь, что не замышляю ничего плохого ни тебе, ни ей. Просто позволь мне поговорить с ней.
— Женские разговоры на таком уровне? — все еще сомневался я. — Ну ладно… Я поговорю с ней.
Уж лучше так. С Акеми станется ввязаться в какую-нибудь авантюру, только чтобы поговорить со старухой. И вот сижу я такой в назначенный день, работаю, как вдруг ко мне в кабинет заходит Суйсэн и говорит, что у ворот стоит Акеми и не дает проверить вещи, которые принесла.
— Синдзи! — помахала она мне, когда я подошел к воротам особняка.
Красотуля какая. Сегодня Акеми была в дорогущем бело-серебряном кимоно, со сложной прической, серебряными же заколками и минимальным количеством косметики. Ах да, она даже волосы перекрасила, превратившись в стопроцентную брюнетку. В нескольких шагах от нее стоял Мышь в строгом деловом костюме.
— Ну и что ты опять учудила? — спросил я ее. — Нет, стой, молчи. В чем проблема? — обратился я к одному из стоящих рядом охранников.
По протоколу и ее, и Мыша, и их машину сейчас еще и охранные системы ведут. Пара секунд и… от открывших огонь турелей даже Мастеру станет кисло.
— Господин, — поклонился охранник. — Женщина не дает проверить ее сумочку.
— А это? — кивнул я на коробку, которую Акеми держала в руках.
Сама держала, Мышу она хрупкие предметы не доверяет, значит, в коробке что-то… Стеклянное, скорее всего.
— Чайный сервиз, — ответил охранник. — Все тесты пройдены.
— Дай-ка, — протянул я ей руки, после чего она молча передала мне коробку, а я, в свою очередь, протянул ее охраннику. — Подержи. Отойдем, красавица.
— Синдзи, — произнесла она, как только мы отошли на достаточное, по ее мнению, расстояние. — Это просто еще один подарок. Если мы договоримся. А если нет, то и не стоит лишним людям о нем знать. Ты ведь распознаешь ложь.
— Значит, всего лишь подарок? — спросил я, включив чувство лжи.
— Именно. Он не несет… — замялась она. — Точнее, он… В общем, я не собираюсь никому вредить. Просто эта вещь — реально ценная штука. Помнишь… — оглянулась она и понизила голос: — Помнишь Имперский банк? Это оно.
— Та шкатулка, ради которой Фантик опять в тюрьму попал? — хмыкнул я.
— Она самая, — покивала Акеми.
— Опасная вещица, как я понял, — остановился я, повернувшись к женщине.
— Главное — ценная, — ответила она. — Точнее, главное, что я не собираюсь эту вещь использовать.
— И на фига вообще принесла? — спросил я. — Просто рассказать о ней не судьба?
— Хотела продемонстрировать ее силу, — ответила она. — Точнее, дать Аматэру-саме попробовать.
— Ладно, — сдержал я вздох. — Пойдем.
Умеет же эта девица шороху навести. Причем ни с чего. Так еще и сухой из воды выйти! Проходя мимо охранника, Акеми не удержалась и показала тому язык. Засранка.
— Коробку в гостиную доставьте, — велел я все тому же охраннику, который эту коробку и держал, после чего обратился уже к Акеми: — Что хоть за сервиз?
— Помнишь, ты с Учителем-индусом бодался? — спросила она, последовав за мной на территорию поместья. — А формальное дело, с которым ты туда пришел?
— Антикварная статуэтка? — уточнил я.
— Ага, — подтвердила Акеми. — Работа Минамото Рамы. Сервиз — тоже его работа. Он вообще-то не по этой части был, так что единственный чайный сервиз, вышедший из его рук, стоит бешеных денег. А уж сколько мне трудов стоило добыть его… — покачала она головой.
Сразу к Атарашики я ее не отвел, просто сообщил, что Акеми пришла, а сам проводил ту в гостиную, в которую почти сразу после этого принесли и чайный сервиз. Старуха заявилась лишь через полчаса, которые я развлекал Акеми беседой, а если точнее, то пытался успокоить ее разговорами ни о чем, что не сильно помогало — с каждой прошедшей минутой она волновалась все больше и больше. Когда Атарашики вплыла в гостиную, я поднялся из кресла, подошел к Акеми и тихо произнес:
— Не съест она тебя, не беспокойся.
— Это тебя она не съест, — произнесла она так же тихо, удерживая на лице легкую улыбку, — а меня с удовольствием схрумкает.
— Не в мою смену, — усмехнулся я, похлопав ее по плечу, после чего направился на выход.
Со своего места Акеми встала, когда Синдзи поравнялся со старейшиной Аматэру, а поклонилась, когда та подошла на расстояние трех шагов.
— Приветствую, Аматэру-сама, — произнесла Акеми почтительно.
И замерла, ожидая, когда ей разрешат разогнуться. Да, раболепие, но сейчас Акеми готова была пойти даже на это. Она долго готовилась к разговору, в том числе и морально, так что не имела права, да и не смогла бы, наверное, показать свой гонор. Не перед этой женщиной.
— Здравствуй, девочка, — произнесла Аматэру. — Садись уже.
Сама старейшина к тому моменту уже сидела на том самом месте, где совсем недавно находился Синдзи.
— Благодарю, Аматэру-сама, — произнесла Акеми, после чего аккуратно присела на край кресла.
— С чем пожаловала? — спросила Аматэру. — Признаться, твоя просьба о встрече удивила меня и немного заинтриговала.
