– Ладно. Я сейчас заправлю в эти два пулемета ленты. Ровно в шесть, то есть через десять минут, мы должны услышать базуку Терхана и Винетки. Когда ты их услышишь, сразу посылай Тейтельбаума и Дорма с «браунингом» в одну из этих ложбинок. Потом в дело вступает Паттерсон со своей русской пушкой, потом ты и остальные. Глуши их из «томпсонов» и всего, что имеется.
– У Корнуолла здоровенная пушка.
– Как бы он не подстрелил из нее кого-нибудь из нас. Господи, и кому только пришло в голову давать офицерам оружие?
– Не мне.
– Ладно, действуй!
– Есть.
Рейд скользнул в темноту, а сержант по-пластунски подполз к открытой башне брошенного немецкого танка и протиснулся внутрь. Стараясь действовать как можно тише, он начал вставлять в пулеметы длинные зарядные ленты. Патроны в них имели наконечники разной окраски. Надо полагать, у немцев, как и в американской армии, разными цветами маркировались бронебойные, зажигательные и трассирующие патроны. Знать бы еще, какой цвет у них что обозначает. На то, чтобы вставить в обе пушки две двухсотпятидесятизарядные ленты, у него ушла пара минут, после чего он прищурился, бросил взгляд наружу сквозь постепенно светлеющую щель в башне и посмотрел на часы. Минут через пять там вырвется на волю ад.
Сержант ухмыльнулся, с трудом сдерживая нетерпение.
Майкл Валентайн методично шагал по верхнему этажу здания «Экслибриса», где царил полнейший разгром. Ни один выдвижной ящик не остался невыдвинутым и невытряхнутым, содержимое всех шкафов и буфетов валялось на полу. Погромщик проник через вентиляционное отверстие воздушной шахты и выбрался через маленькое, не снабженное сигнализацией окошко ванной. Финн Райан, следовавшая за Майклом, была потрясена этим зрелищем. Свой обход Валентайн закончил на кухне.
– Итак, что ты сделала, когда услышала звон разбивающегося стекла? – спросил он, усевшись за желтый кухонный стол.
– Сперва я подумала, что надо пойти посмотреть.
– А потом подумала получше и передумала, – улыбнулся Валентайн.
– Это было не как в кино. Девушка выходит на безлунный причал поискать своего парня, а из воды высовывается рука и хватает ее за лодыжку. Я не так глупа.
– Это точно.
– После Питера…
– Стекло зазвенело, и… – подсказал Майкл.
– Я повернулась, снова зашла в лифт и спустилась в офис. А потом позвонила по тому сотовому номеру, который ты мне дал.
– Значит, он так и не спустился в офис, так и не добрался до компьютера.
– Нет. Я пробыла там большую часть дня.
– Похоже, что он причинил нам немалый ущерб, но ничего невосполнимого.
– А если он вернется?
– Думаю, этого не случится. Если бы он действительно что-то искал, он бы спустился в офис.
– Он пытался нас напугать? – спросила Финн.
– Вероятно, да.
– Зачем?
– Мы слишком близко к чему-то подобрались. Копнули слишком глубоко и задели где-то сигнальные колокольчики.
– Тебе удалось что-нибудь выяснить у твоего приятеля-дилера?
– Уйму всякой всячины, – ответил Валентайн и рассказал ей о том, что узнал от Питера Ньюмена, и о своем визите к Эрику Ташену.
Финн, в свою очередь, поведала о результатах компьютерных поисков.
– И что все это значит?
– Это значит, что все гораздо значительнее, чем мы думали. Убийства Краули и Гэтти связаны, и третий человек, о котором я тебе рассказал, – тот, о котором мне сообщил мой человек в полиции, – наверняка тоже из их компании. Крессман, кажется. Пока нет никаких реальных доказательств, но похоже на то, что все они были замешаны в какой-то сделке по легализации и выведению на открытый рынок краденых и награбленных произведений искусства. Я вовсе не думаю, что данная конкретная серия убийств каким-то образом связана с тобой. Просто вся эта история с рисунком Микеланджело неудачно совпала по времени с какими-то другими событиями. Я считаю, что Краули все равно бы умер.
– Но Питер-то не мог быть причастен к «другим событиям».
– Не мог. Из чего следует, что кого-то из соучастников Краули твоя находка сильно обеспокоила. Кем бы он ни был, это он нанял убийцу Питера, члена вьетнамской банды на курьерском велосипеде.
– Значит, есть еще два убийцы?
– Да. Одному нужна ты и все, что имеет отношение к рисунку Микеланджело. Другой интересуется преступной группой, в которую входили Гэтти, Краули и этот Кресс, – иначе говоря, «кружком», о котором упоминали Ньюмен и Ташен.
– Они наверняка связаны.
– Да. И связующим фактором предположительно является искусство.
– Рынок похищенных произведений?
– Из того, что ты мне рассказала об истории францисканцев, корни должны уходить куда-то еще глубже. Этот «Кардусс-клуб», очевидно, своего рода тайное общество наподобие «Черепа и костей» в Йеле, но еще более закрытое.
– Судя по тому, что я нашла, они исчезли примерно в тысяча девятьсот сорок пятом году.
– Как и «Череп и кости», с той только разницей, что они вовсе не исчезли, а просто сменили название. Вспомни о компании, зарегистрированной в штате Делавэр. Тамошнее корпоративное законодательство содержит, пожалуй, меньше всего в мире ограничений. Вот почему ЦРУ всегда регистрирует там свои компании вроде «Эйр Америка».
