Мы с Маринкой вышли на дорогу. Маринка, откровенно радостная, что неприятностей больше не предвидится, продолжала покрикивать на Ромку:
— Зачем приехал, я тебя спрашиваю? Хочешь не только ногу, но еще и шею сломать? Лягушка-путешественница, мать твою!
Ромка не понял, о чем речь. Он, твердо упираясь в асфальт обоими костылями и суетливо покачивая здоровой ногой, быстро забормотал, бегая глазами по нашим лицам:
— Я же получил первое задание, мне хотелось, чтобы оно прошло как можно лучше…
— Оно же будет и последним! — гордо рявкнула Маринка. — Уж я-то об этом позабочусь, так и знай!
Эта фраза вырвалась у нее, надо полагать, по неосторожности, поэтому я решила не обращать на нее внимания. А статью Ромкину я обязательно пущу в номер, причем на первой полосе. Почему-то мне захотелось сделать именно так, а не иначе, и Маринкины слова тут ни при чем. Просто такое у меня возникло решение, глядя на то, как Ромка старается добыть материал, не обращая внимания на трудности, возникающие на его пути.
Виктор подошел к Ромке и, пожав ему руку, потрепав по плечу, помог добрести до моей «Лады».
— Спасибо, — сказал Ромка, продолжая внимательно следить за мной и Маринкой. Он чувствовал, что здесь что-то произошло, но пока не знал, что именно, и это раззадоривало его любопытство.
— А мы ехали нормально, — начал рассказывать он, — никуда не спешили, а тут я вижу, вы все стоите, как-то странно сгрудились у дороги… ну, думаю, точно что-то происходит или что-то нашли — уж больно вы странно как-то выглядели, — я и попросил водилу прибавить газу, вот он и…
— Ну, в общем все ясно, — сказала я, успокаивающе махнув рукой. Мальчишка волновался, и нужно было сказать ему что-то спокойное, а то Маринка напрягла атмосферу, и Ромка уже не знал, что ему говорить и куда смотреть. — Только ты немного припозднился, мы уже собираемся отсюда уезжать. Но, в общем, хорошо, что ты приехал, тут кое-что появилось для твоего репортажа…
— Да? А что случилось-то? — Ромка сразу же отживел. — А то Марина сказала…
Маринка, все еще не желавшая успокаиваться и искавшая, куда бы и на кого бы сбросить напряжение, накопившееся за целые минуты страха и переживаний, тут же влетела в разговор:
— А я тебе и еще кое-что могу сказать, сачок несчастный. Ты почему вообще из дома вылез? — Она искоса взглянула на меня, пытаясь определить по моим глазам, буду ли я защищать Ромку, а если буду, то насколько активно, и продолжила:
— Мы для чего тебя вытащили из больницы, рискуя жизнями, можно сказать?! Между прочим, все с тебя и началось, засранец!
— Я, что ли, с моста упал? — обиделся Ромка.
Они с Виктором уже дошли до «Лады» и остановились в двух шагах от нее.
— А кто ногу сломал? — спросила Маринка, подхватывая меня за руку и тоже ведя к «Ладе». Я в это время, стараясь абстрагироваться от разгуливающейся вокруг меня перепалки, думала о выстрелах. Маринка все не унималась. Ее желание поговорить, и поговорить истово, казалось, только усиливалось.
— Кто же ногами вперед лезет в какие-то глупые двери, а? — ехидным голосом вопрошала она. — Головой нужно думать, а потом головой вперед и заходить…
— Ага, чтобы голову сломали, — тихо проворчал несдающийся Ромка.
— Ну все, ребята, — сказала я и попросила:
— Давайте прекратим все эти ненужные разговоры и поедем отсюда наконец!
Маринка даже запрыгала от восторга и нетерпения, услышав от меня эти слова, и тут же бросилась руководить.
— Виктор! — отрывисто сказала она. — Заводи телегу, и едем! Не хочу больше здесь оставаться!
— Да что у вас случилось-то? — Ромка, полуоткрыв рот, вертел головой, глядя то на меня, то на Маринку. — Вы что-то узнали новое? А что?
— Узнаешь все в свое время, если не будешь надоедать своими вопросами, — довольно-таки грубо произнесла Маринка и повернулась ко мне.
— Ну, ты что застряла? — спросила она.
А я в это время смотрела на крыши коттеджей на холме.
Мы все вместе уже подошли к моей «Ладе», которую Виктор выгнал из кювета и развернул.
Маринка первой села на заднее сиденье, за нею влез Ромка и сразу же обратился ко мне с вопросами. Я в это время, не торопясь, усаживалась на переднее правое сиденье.
— Ольга Юрьевна, а вы мне расскажите, что тут узнали, я же статью пишу, вы мне сами дали поручение.
Мальчишка слишком явно волновался, что статья может уйти от него по каким-то секретным для него причинам, и требовалось его немного успокоить. А то Маринка, действительно, слишком резво на него наехала, а ведь парень хотел как лучше.
— Не волнуйся, Ромка, — я через зеркало заднего обзора улыбнулась нашему пострадавшему герою, — все тебе расскажем, и напишешь классную статью, и мы ее напечатаем.
— На будущий год первого апреля, — быстро закончила Маринка, все еще дыша ядом на Ромку непонятно за что. Подумаешь: ее напугали! Все ж закончилось.
— И все будут довольны! — продолжила она, усаживаясь удобнее на заднем сиденье. — Не нуди, зануда! — прикрикнула Маринка на Ромку, снова пожелавшему что-то сказать. — Не зуди, я сказала!
