Коротка память людей. Союз Четырех распался, теперь каждое королевство ведет собственную игру. Гонимая неутолимой жаждой славы, империя Идр вновь обратила свой взор на очередной континент, чтобы поглотить его и хоть ненадолго насытить свое бездонное брюхо. На юге фанатики нового культа разносят весть о скором рождении кровавого Бога, магией и мечом неся его слово. Древние расы, казавшиеся всего лишь нелепой фантазией художников на гравюрах, встрепенулись от долгого сна и выбрались из своих убежищ. Титос - самое большое королевство на Тамборе, измученное шпионскими играми, ослабленное болезнью заговоров и раздираемое междоусобицами. Сможет ли оно выстоять в грядущей войне Богов, которая, подобно землетрясению, сотрясет весь Мир до его основания?
За ночь мороз разрисовал окна дивными узорами, сделав их похожими на полотна сказочных картин. Солнечный день был в самом разгаре, и, несмотря на иней, лучи света хорошо освещали всю комнату. На едва тлеющих углях печи, расписанной восхитительными цветами, стоял немного подкопченный глиняный горшок, содержимое которого, судя по булькающему звуку, уже давно закипело. С деревянного потолка свешивалось множество вязок различных трав и кореньев, пряный аромат которых разносился по всей комнате.
На табурете за резным дубовым столом сидела женщина. В ее коротко стриженых рыжих волосах выделялись седые пряди. Но это не так сильно бросалось в глаза, как торчащие сквозь волосы, словно ростки подснежников в сугробе, рыже-черные лисьи уши. Обветренное лицо женщины бороздили морщины, но ее серые глаза все еще искрились молодой энергией. Искоса поглядывая на горшок в печи, ловкие пальцы Марты штопали рукавицу кривой костяной иглой.
Рядом на кровати сидела молодая девушка, склонившись над большой книгой. Заплетенные в толстую косу волосы цвета пламени, переброшенные через левое плечо, падали на темно-зеленое платье. Как и у сидящей рядом матери, лисьи ушки были видны и у нее. Красивое лицо покрывала мелкая россыпь веснушек. Айрин ненавидела их, и с приходом каждой весны, втайне надеялась, что веснушки больше не появятся. Но снег в лесу и не думал таять, а ее лицо уже успело покрыться ненавистными темно-оранжевыми точками. Девушка полностью сосредоточилась на чтении, ее глаза цвета неба пытались распознать текст книги. Каждый символ на пожелтевших от времени страницах напоминал настоящее произведение искусства. Мастер, писавший ее, стремился передать смысл не только словами, но и образами. Строчки буквально оживали, заглавные буквы часто напоминали животных, птиц,а то и вовсе вмещали в себя целые картины древности. Все это делало и так непростой процесс чтения на идрийском, еще более сложным.
Книг в их доме было куда больше, чем во всей Торгуле — достаточно крупной деревне, что находилась неподалеку. Мать Айрин собирала все, что можно было прочесть. И хотя девушка знала все наиболее распространенные языки на континенте Тамбора, даже некоторые мертвые, но ее Марта решила на этом не останавливаться, и Айрин начала изучать язык империи, что находилась на соседнем континенте.
— “И поставил Тевир город на западном берегу реки Урарту”, — прочитала Айрин вслух, произнося некоторые слова по слогам. Недовольное выражение ее лица, прижатые лисьи ушки и виляющий из стороны в сторону белый кончик лисьего хвоста из-под подола платья — все демонстрировало ее негодование. — Мама, мне надоело читать эту книгу, глаза совсем устали и голова болит! Все равно я никогда не встречала никого, кто разговаривал бы на этом языке.
— Если судить по тем, кого мы здесь чаще всего встречаем, то следовало бы учить язык оленей или лесных зайцев. Жаль, что мы их не понимаем, — глядя на дочь с легкой улыбкой, ответила мать. — Мы живем в глуши на севере. Наш дом расположен на краю леса, и до ближайшей деревни час ходьбы. Как часто ты здесь встречаешь людей?
— Не очень, — понимая, что мама права, нехотя ответила Айрин.
— Мир куда больше, чем ты можешь себе это представить, и люди в нем разговаривают на множестве языков. Никогда не знаешь, что пригодится. Так что, юная леди, давайте вы перестанете пререкаться и дочитаете главу до конца. В тебе есть большая сила, и ты не будешь всю жизнь здесь, — последние слова мать Айрин проговорила с явной грустью.
— Мам, зачем мне куда-то уходить? У нас здесь все есть: олени, которые дают молоко, свежая рыба в озере, вкусные ягоды и грибы в лесу.
Айрин явно предпочитала разговор изучению идрийского языка. Слова дочери грели душу Марты, но, вздохнув, она продолжила:
— Этот дом слишком мал для тебя. Придет день, и ты захочешь уйти. Я верю, что ты сможешь стать великой колдуньей, как Конор Бездушный. Но для этого тебе еще многому нужно научиться.
— А если я не захочу уходить?
— Тогда мы будем жить здесь вместе, ловить рыбу и охотиться на зайцев, — все с той же улыбкой ответила Марта.
— Мне нравится охотиться вместе с тобой на зайцев, — с очень серьезным видом заявила Айрин.
Закончив шить, мать взяла ухват, вытащила из печи горячий горшок и поставила его на пол. Из него поднимались вверх белые клубы пара с аппетитным запахом приготовленного супа. От этого аромата у девушки потекли слюнки, но она решила продолжить расспрашивать мать:
— А почему я никогда не видела других этов?
— Уже во времена моей молодости эты встречались крайне редко. Если судить по летописям, что мне удалось раздобыть, раньше нас было куда больше. Многие сотни, а то и тысячи. Но после войны Волка и Лисы следы всех кланов куда-то исчезли.
— И что, никто не знает — почему?
— Если и знает, то не в такой дыре как здесь. Может в столице Титоса в большой библиотеке можно что-то узнать или еще где.
