– Есть еще вторая, меньшая по размерам, группа транспорта – легкая бронетехника и автомобили, – движущаяся с юга по автостраде вот в этом месте, – сообщил Кируин. – Похоже, они, как по команде, все устремились к городу. Вы не думаете, что назревают какие-то события?
– Я не знаю, Джон, но похоже на то. Нам известно, что это за бронетехника?
– Идущая с севера тяжелая техника состоит из ОБТ – основных боевых танков. Т-54, Т-55, Т-62 – вы знаете. Может быть, даже Т-72. Более легкие машины, идущие с юга, скорее всего БТР-70 и БРДМ-2. Легкая броня, не гусеницы, а колеса. Вот такие дела. С ними едут несколько джипов и автомобилей.
– О'кей. Я хочу, чтобы, начиная с этого момента, все летающие там спутники проходили по низким траекториям. Проследи, куда направляется вся эта техника, и не спускай с нее глаз. Я хочу иметь распечатки снимков после каждого прохода. Уяснил?
– Сделаем, – пообещал Кируин. – Знаете, Уолтер, мы бы увидели гораздо больше, если бы там пролетел и TR-1.
– Боюсь, тут нет никакой возможности. Я уже заикался об этом. ВВС сказали, что я, должно быть, сошел с ума. Им не хочется, чтобы их чертову штуку сбили, и тут я могу понять их позицию. Помнишь доклады об установках СА-4? Так вот, в них указано, что одна из них находится как раз в Самарре, прямо у шоссе из Тикрита. А сбить TR-1 противосамолетной ракетой СА-4 не составит труда. Думаю, что от этой мысли придется отказаться.
Продолжая приглядывать за основным экраном, Кируин начал вводить в компьютер команды о снижении траекторий соответствующих спутников. Не прошло и десяти минут, как он снова подозвал Моржа:
– Похоже, вся бронетехника сосредотачивается на вот этом открытом участке на краю города, вот здесь, внизу, – сообщил он, захлебываясь от возбуждения.
Ничего не ответив, Морж стал пристально всматриваться в экран. Потихоньку позади него начали собираться остальные аналитики. По мере скопления техники в одном месте электронное изображение на экране становилось все более и более сложным. Все присутствующие чувствовали, что назревают какие-то очень важные события. Никто не разговаривал.
– Эй! – неожиданно воскликнул Кируин, нарушив тишину своим высоким голосом. – Тот вертолет снова поднялся в воздух. И он тоже летит в сторону города!
Трое мужчин в укрытии услышали рев танковых двигателей и лязгающий скрежет гусениц задолго до того, как увидели сами танки. К тому времени внизу на арене собрались уже тысячи людей. В основном это были пехотинцы, которых доставили на грузовиках, десятками выстроившихся на обширных стоянках по всему городу. Теперь солдаты стояли в многочисленных шеренгах по периметру арены лицом к платформе и белой трибуне. Между подразделениями, в середине арены, было отведено место для гражданских лиц, которое тоже постепенно заполнялось – жители Тикрита послушно откликнулись на настойчивые призывы из громкоговорителей, предлагающие принять участие в предстоящих торжествах.
Широкое пространство вокруг платформы и возле портрета так и осталось пустым. Назойливый рокот приближавшейся колонны бронетехники стал еще громче. На арене появился небольшой конвой из колесных разведывательно-диверсионных бронемашин БРДМ и занял место на дальней правой стороне. Хауард был удивлен, увидев среди БРДМ черный лимузин – тот был пропущен вперед и остановился перед строем бронемашин. На капоте лимузина развевался крохотный вымпел, но он был слишком мал, чтобы Хауард смог определить, чей же это флаг.
Небольшое подразделение из пятидесяти решительного вида солдат распоряжалось перемещениями на арене. Наблюдая за ними в подзорную трубу, Хауард неожиданно сообразил, что из всех военнослужащих, присутствующих здесь, только эти солдаты имели личное оружие.
– Президентская охрана, – еле выдохнул он. – Свершилось! Дэнни, приготовься.
Рев и грохот танков стали почти оглушающими. Макдоналд извлек из футляра огромную винтовку и пристроил ее так, чтобы дульный срез высовывался из передней смотровой щели укрытия. Из нагрудного кармана он достал кошелек с патронами и положил его рядом со стволом винтовки. Пробежавшись вместе с Хауардом по показаниям приборов, он быстро ввел данные в компьютер.
В восемь часов утра было все еще относительно прохладно.
– Девятнадцать по Цельсию, – прошептал Хауард, – но теплеет. Дэнни, поставь на двадцать. Это шестьдесят девять по Фаренгейту, но лучше поставь на семьдесят.
– Ветер?
– Ни дуновения. Полный штиль!
Макдоналд закончил вводить показания. Компьютер выдал траекторию. Дэнни начал регулировать телескопический прицел. Хауард вставлял пленку в фотокамеру с широкоугольным объективом, установленную на невысоком штативе.
