Очутившись вне дома, Хауард сообщил Дартингтону, что хочет договориться с ним о датах. Первая была назначена на следующий вторник, 19 ноября: Дартингтон согласился уехать на ночь в город и пообещал проследить, чтобы необходимые Хауарду документы остались лежать в столе в кабинете. Затем Хауард спросил, есть ли у него планы на отпуск в новом году.
– Да, действительно есть. В марте мы на три недели уезжаем на Багамы. А что?
– Я хотел бы, чтобы вы изменили сроки, Питер. Не могли бы вы переиграть все на последние три недели апреля? С девятого по тридцатое число? Это важно.
– Черт побери, Эд, мы едем с кое-какими друзьями. Я не хочу их подвести. Насколько это важно на этот раз?
– Очень. В это время, возможно, будет идти кое-какая проверка и возникнут некоторые вопросы по поводу одной из ваших зарубежных операций. Было бы лучше всего, если бы вас не оказалось на месте, чтобы на них не отвечать. Когда будете уезжать, скажите своим служащим, что хотите отдохнуть и не желаете, чтобы вас беспокоили, разве что в экстремальных случаях. Таким образом, они сочтут, что вы дали какие-то новые распоряжения, и не станут ни до чего допытываться. Когда же вы вернетесь, то сможете отрицать, что когда-либо вообще отдавали подобные распоряжения. Вы останетесь ни при чем, а мне это даст чуть больше времени. Можете это сделать?
– Ох, ладно, посмотрим, что тут можно придумать.
После того как Хауард уехал, Дартингтон какое-то время размышлял об услышанном. Он был отнюдь не дурак и тут же сообразил, что Хауард, должно быть, получил необходимую информацию и что согласно плану убийство должно совершиться где-то между этими числами. Да, решил он, это хорошая мысль – уйти на время событий в сторонку. Если задуматься – он даже вздрогнул, – то с некоторых пор идея провести две недели на яхте в Карибском море его не особо прельщала. Он отменит этот чертов рейс, даже если это обойдется в банковский депозит, и закажет себе отель. У него было абсолютно резонное оправдание перед женой и друзьями, и он сомневался, что те поднимут слишком большой шум. Только не после того, что случилось с Эшером.[11]
В четверг, 14 ноября, Хауард ожидал прибытия рейса 282 компании «Бритиш-Эйруэйз» из Лос-Анджелеса у четвертого терминала в аэропорту Хитроу. Справочная объявила по радио о пунктуальном приземлении самолета в 12.25, а через сорок минут в проходе появилась высокая поджарая фигура с огромным рюкзаком и портфелем.
– Зигги! Рад тебя видеть!
– Ка-ак дела-а, Эд? – Майк Зиглер горячо пожал руку Хауарда, и двое мужчин стали пробираться к выходу.
Они забрали с автостоянки «сааб» и направились в сторону центрального Лондона. Зиглер, расположившийся на сиденье рядом с водителем, потянулся и зевнул. Хотя в Англии было уже за полдень, биологические часы американца пытались его убедить, что рассвет еще не наступал.
– Эд, ты заставил меня просто сгорать от любопытства. – Ленивый тягучий голос Зиглера звучал совсем равнодушно, но Хауард, который знал его достаточно хорошо, понимал, что эта небрежная манера – напускная. Он мало что сообщил ему по телефону, просто сказав, что есть «новый интересный проект», из которого что-то может получиться. Когда Зиглер спросил его,
Хауард мысленно вернулся к их первой с Зиглером встрече более двадцати лет назад. Его тогда послали в командировку по обмену опытом в Наземно-воздушно-морские десантные войска ВМС США, чтобы изучить подготовку в американских войсках специального назначения. Майк был молодым офицером спецназа, которому поручили встретить Хауарда в аэропорту Сан-Диего и отвезти его на базу в Коронадо.
Хауард не ожидал, что его американские хозяева окажутся столь профессиональны в военной области. Спецназовцы тоже считали, что Британская диверсионная корабельная служба, БДКС, мало чем сможет им помочь в плане советов или опыта. И Хауарда и его хозяев впечатлил и приятно удивил тот факт, что они на поверку недооценили друг друга. Майк Зиглер – как позднее и его отец – стал верным другом Хауарда, а через несколько месяцев после этого сам приехал по обмену в Англию на базу БДКС в Пуле, Дорсет. С тех пор оба поддерживали регулярные контакты и часто навещали друг друга. Да, подумал Хауард, их дружба прошла долгий путь…
– Слушай, Эд, – прервал Зиглер его воспоминания, – ты собираешься рассказать, на кой черт я тащился в эдакую даль?
– Большое дело, Майк. – Хауард решил еще немного потянуть резину. Застоявшийся адреналин снова начинал поступать в кровь – все возвращалось на круги своя. – Я даю тебе возможность угадать.
– Ладно, нас наняла королева, чтобы натаскать ее доберманов.
– Даже близко не то. К тому же, она держит собак из породы корги.
