– Саргонт не столь крупная птица, чтобы перейти дорогу такому специалисту, как ты.
– У него имелся весьма солидный козырь, о котором мне было ничего неизвестно.
Со стороны их разговор выглядел как беседа нерадивого сына с мудрым отцом, отчитывающим своего отпрыска. Только здесь в роли папаши выступал двадцатилетний паренек, а оправдываться приходилось огарцу, давно перешагнувшему полувековой рубеж.
– Какой еще козырь?
– Наподобие твоего аромата истины. С той лишь разницей, что после его воздействия я не мог вспомнить ни слова из своих вынужденных откровений, – ответил посол.
– Какое совпадение! Ведь все вы тоже уже никогда ничего больше не вспомните. А с отмеченным тенью, если он снова объявится в Кантилиме, я как-нибудь разберусь. То, что получил один, всегда может отобрать другой, надо лишь поискать верный способ. – Тируанд уже наметил себе новую цель.
«Какой прыткий молодой человек, – вслушиваясь в каждое слово, произносимое за столом, подумал Шагрид. – Уже на Михаила замахнулся». Рундаец крепко сжал кулаки. Он прокручивал в голове варианты атаки на белобрысого волшебника, но пока тот находился в беседке, шансы на его уничтожение были невелики.
«Этот паренек слишком опасен. Даже когда он кажется расслабленным, обольщаться не стоит. Наверняка держит парочку сюрпризов про запас. Надо его серьезно чем-то занять. Так, чтобы он про все на свете забыл. Хотя бы на пару секунд. Мне этого вполне хватит».
Начавшийся дождь ухудшил и без того некомфортные условия засады. Легионер бросил мимолетный взгляд на прижавшегося к земле пса. «Хоть бы он не начал чихать. А то будет мне „отвлекающий маневр“.
Блондин тем временем взял из рук безвольного Чероуза лист бумаги и внимательно ознакомился с новыми рецептами.
– Надеюсь, тут все верно?
– Да.
– У твоего снадобья есть еще какие-нибудь секреты?
– Имеются, – это слово составитель заклинаний почти выплюнул, внутренне проклиная собственную разговорчивость.
– Интересно, и какие?
Специалист по превращению людей в животных сморщился, но произнес:
– Перед применением противоядие можно настроить на конкретное запрещенное слово. Если подопытный его произнесет, снадобье потеряет свою силу, и человек станет собакой.
– Какое полезное свойство, – ухмыльнулся блондин. – Если я правильно понял, в твое противоядие можно вплести кодовое слово?
– Да.
– Ты написал об этом?
– Нет.
– Почему? Ах да, я же не просил… Тогда будь любезен изложить и это на бумаге. – Белобрысый колдун вернул Чероузу записи и повернулся к Архазу. – Значит, говоришь, обставил тебя кузен Арианта? Но ты хотя бы отомстил?
– Саргонт пропал в Роктании.
– Это еще где?
Пришлось огарцу рассказывать еще одну историю. Тируанд оборвал повествование, не дослушав до конца, поскольку действие аромата истины заканчивалось с минуты на минуту. Он забрал у Чероуза бумагу и внимательно прочитал новые записи.
– Спасибо за откровенность. В благодарность за это ты умрешь первым.
– Гронуд, – прошептал легионер, – пожалуй, нам пора. Твоя задача – вытащить молодого наглеца из беседки. Потом им займусь я.
Пять метательных ножей уже заняли боевой порядок в руке Шагрида.
– Архаз, – блондин снова обратился к послу, – скажи, какую смерть ты бы выбрал для меня?
Ответить огарец не успел. Над столом возникла громадная тень, которая устремилась к Тируанду. Преобразившись в когтисто-клыкастое чудовище, пес яростно атаковал молодого колдуна. Однако, как и предполагал Шагрид, застать врасплох «бедного сиротку» оказалось не просто. Невидимая сила отбросила белобрысого волшебника в сторону за мгновение до того, как зубы зверя должны были сомкнуться на шее чародея. Животное проломило стену ажурной беседки и скрылось в зарослях сада.
– Это что еще за монстр? Твое чудовище? – спросил блондин хозяина особняка. Узнать в звере добродушного Гронуда сейчас было невозможно.
– Нет, – кратко ответил бывший начальник тюрьмы.
Вторая попытка монстра тоже не увенчалась успехом, но заставила чародея покинуть беседку – для более активных действий Тируанду не хватало оперативного простора. Теперь человек и клыкастая зверюга стояли под дождем друг напротив друга.
«Блохастая тварь, кто ж тебя учил становиться между охотником и добычей?!» – ругался про себя Шагрид. «Собачка», выросшая до размеров упитанного теленка, полностью заслоняла собой цель. Покинуть место засады легионер себе позволить не мог: в борьбе с могучим магом у него имелся лишь один козырь – внезапность.
Блондин запустил в монстра несколько небольших огненных шариков. Он старался не поднимать лишнего шума, опасаясь проблем со слугами Хорнуса. К удивлению молодого человека, легкое заклинание вреда зверюге не причинило. После соприкосновения с горящими шарами шерсть монстра не вспыхнула, как предполагал колдун, а лишь приобрела серебристый отлив, поглотив колдовство. Словно издеваясь над потугами противника, Гронуд издал звук, похожий на отрыжку, помотал головой из стороны в сторону и снова бросился на чародея. И снова промах. Зверь и человек поменялись местами.
