— И ты точно в них уверен? — уточнил Хард.
Бэнт потрепал его по голове, как делал в детстве, но Хард недовольно отстранился, приглаживая свои вьющиеся непослушные волосы.
— Уверен. Не знаю, куда они бегут или от кого, но они хорошие люди. Ты проницательный, но видишь только странности и опасности, научись видеть в людях хорошее.
Хард кивнул, Бэнт действительно хорошо видел людей, а потому юноша не стал спорить.
И всё же Хард продолжал присматриваться к странным попутчикам. Он заметил, что эти двое таскали какие-то предметы в одинаковых мешочках. А кем они были друг для друга? Уж точно не возлюбленными, не было в их отношении той нежности и взглядов. Напротив, иногда посматривали на другого с явным недоверием, а иногда сидели рядом, как старые друзья, которым ведома общая тайна.
Однажды Хард заметил, как Рант передал Виоль длинный нож.
— Мало ли что, сама знаешь, твоего оружия сейчас тут нет.
Пусть Хард не уловил скрытый смысл, но он точно был. Торговец заметил это по взгляду Ранта и кивку Виоль.
Поздно вечером Бэнт и Рант о чём-то беседовали на козлах. Хард устроился на ящиках в фургоне. Виоль сидела здесь же, капюшон был низко опущен.
— Привет, — сказал Хард, переместившись ближе к девушке.
— Привет, — ответила она.
— Почему ты не снимаешь капюшон даже здесь, где тебя не видят?
Виоль пожала плечами.
— Мне неудобно так разговаривать, когда я не вижу собеседника.
Тогда Виоль сняла капюшон и посмотрела на Харда.
«Какие у неё голубые глаза. Никогда не видел такого цвета,» ― мельком подумал он.
— Значит, вы с Рантом друзья?
Виоль несколько секунд молчала, а потом кивнула.
— Ты не очень любишь говорить, да?
— Я… Я не знаю, о чём говорить.
— А вот твой друг знает. Он постоянно говорит. Я иногда хочу, чтобы у него язык заболел, и он хоть секунду помолчал, — Хард улыбнулся, а Виоль вдруг улыбнулась в ответ, но улыбка сразу соскользнула с её лица. А Харду захотелось ещё раз рассмешить эту странную девушку.
Он начал копаться в мешках, после чего нашёл нужный, улыбнулся и зачерпнул рукой семечек подсолнуха, протянул горсть Виоль. Она взяла и их руки на секунду соприкоснулись, рука Виоль была холодной, словно лёд.
— Тебе холодно? Но тут же тепло…
Её лицо стало печальным.
— Нет, мне тепло, это… это нормально для меня.
— А, прости, я дурак, это из-за некроманта, да? Он же зацепил тебя заклинанием или вроде того. Должно быть, ты сильно их ненавидишь. А ведь один из них вообще стал королём Иссорга, подумать только… Некромант, да стал королём. — Он задумался. Её иссорский акцент, сражение с некромантом… Нет, не может быть. — Только не говори, что дралась с самим королём Иссорга?
Последний вопрос Хард задал с улыбкой, выдавая за шутку, хотя на самом деле с нетерпением ожидал ответа, хоть каких-то подробностей её истории.
По лицу Виоль пробежала лёгкая тень. На мгновение показалось, что сейчас начнётся рассказ, но странная девушка вновь замолчала. Это длилось несколько секунд и Хард уже подбирал следующую фразу, когда Виоль заговорила вновь.
— Ты ненавидишь Морвиля?
Вопрос застал врасплох, Хард едва не просыпал несколько семечек. О Морвиле знали все в Северных Королевствах, и большинство относилось одинаково. Боялись его силы, не любили за нарушение законов, не понимали. Хард, пожалуй, относился к нему с осторожной опаской, но не боялся. А вот дед Морвиля не любил, хотя торговцы часто ездили в Иссорг продавать знаменитый золотолист и ткани из него.
— Нет, не то, чтобы бы. Но многие его боятся. Думаю, тут дело в том, что он изменил привычный порядок вещей. Короли свергали королей и прежде, но никогда не было такого. Он маг с пугающей силой, плюющий на законы и остальных магов. Как тут такого не боятся?
И Хард слегка улыбнулся, довольный своими рассуждениями. Пожалуй, иногда торговец считал себя умнее большинства, и ничуть этого не стеснялся.
— Значит, ты не считаешь его злым королём? — невозмутимо продолжила Виоль.
— Не знаю. Возможно он и не очень хороший человек, но ко власти вообще редко приходят доброй души люди.
Хард вспомнил о том, как Морвиль захватил власть. Поднял мертвецов рядом с городом и напал внезапно, армия короля Финлина и опомниться не успела. Подлый и не честный способ, но с другой стороны… Чем это отличается от дворцовых интриг и предательств? Для Харда вся эта политика была одинаково грязной.
— Возможно, для торговца я скажу очень поэтичную вещь, но… Король Морвиль, как внезапно возникшая гора на равнине. Понимаешь? Это бы всех шокировало, а тень этой горы упала бы на светолюбивые растения. Так и тут, вначале он всех шокировал, а потом тень его поступков накрыла все Северные Королевства. — Хард мотнул головой, в мыслях это звучало лучше. — А что? Почему тебя это так интересует?
В этот момент в фургон залез Рант.
— Вы что, спорите? — поинтересовался он, окидывая собеседников взглядом.
— Хард рассказывает мне о том, что Морвиль на самом деле не плохой король.
— Да? — Рант перевёл взгляд на торговца. — И что же ты его поддерживаешь?
— Нет, я не совсем это говорил.
